ГТА 1999: Как мы фармили экспу на братках

Была и еще одна, сугубо личная причина для тоски: на этапе проектирования новой электроскороварки старым мастерам попросту не нашлось места. Поначалу, вдохновившись речью председателя, они рвались в бой, готовые свернуть горы. Но едва технический директор заговорил на птичьем языке терминов — упоминая компьютерное моделирование, программирование микросхем и прочие высокие материи, — как у пожилых работяг пошла кругом голова.

Некоторые упрямцы отказывались сдаваться без боя. По выходным они пропадали в городской библиотеке, обкладываясь стопками книг и пытаясь с нуля освоить незнакомые дисциплины. Но пропасть была слишком глубока, а объем информации — неподъемен. Разве могли они соревноваться с молодыми дарованиями, только что окончившими лучшие университеты мира? Понимание собственной беспомощности больно било по самолюбию. Ветераны все отчетливее осознавали: их время уходит, и стремительный век прогресса безжалостно оставляет их на обочине истории…

Некоторые упрямцы отказывались сдаваться без боя. По выходным они пропадали в городской библиотеке, обкладываясь стопками книг и пытаясь с нуля освоить незнакомые дисциплины. Но пропасть была слишком глубока, а объем информации — неподъемен. Разве могли они соревноваться с молодыми дарованиями, только что окончившими лучшие университеты мира? Понимание собственной беспомощности больно било по самолюбию. Ветераны все отчетливее осознавали: их время уходит, и стремительный век прогресса безжалостно оставляет их на обочине истории…

Глава 42

Пожилой мастер Чжан, один из старейших работников завода, закончил смену, оседлал велосипед и покатил домой. Но стоило ему подойти к двери, как изнутри донесся отчаянный визг и грохот — в доме явно творился сущий кавардак.

Пожилой мастер Чжан, один из старейших работников завода, закончил смену, оседлал велосипед и покатил домой. Но стоило ему подойти к двери, как изнутри донесся отчаянный визг и грохот — в доме явно творился сущий кавардак.

«Точно внуку опять всыпают…»

«Точно внуку опять всыпают…»

Мастер Чжан толкнул дверь. В ту же секунду ему в живот уткнулся рыдающий внук, ища спасения. Следом за ним с деревянной скалкой наперевес шла разъяренная дочь.

Мастер Чжан толкнул дверь. В ту же секунду ему в живот уткнулся рыдающий внук, ища спасения. Следом за ним с деревянной скалкой наперевес шла разъяренная дочь.

— Погляди, что ты натворил! — в сердцах прикрикнула она на сына. — Элементарных вещей сделать не можешь! Перевел только свиные ребрышки, до угля их сжег! Только-только жизнь на лад пошла, а ты еще ничего толком не умеешь, зато продукты переводить уже горазд!

— Погляди, что ты натворил! — в сердцах прикрикнула она на сына. — Элементарных вещей сделать не можешь! Перевел только свиные ребрышки, до угля их сжег! Только-только жизнь на лад пошла, а ты еще ничего толком не умеешь, зато продукты переводить уже горазд!

Мастер Чжан поспешил загородить собой мальчика и ласково заговорил:

Мастер Чжан поспешил загородить собой мальчика и ласково заговорил:

— Ну полно тебе, не нужно бить ребенка. Разве это преступление? Председатель Мао ведь как говорил: «Извлекай уроки из прошлых ошибок, дабы не допускать их в будущем, и лечи болезнь, чтобы спасти человека». Мал он еще, у кого на кухне осечек не бывает? Пожури немного и хватит. Эй, эй, ты чего опять замахнулась? А ну положи скалку!