Колени глубоко увязли в мягкой поверхности, промяв постель под ее весом.
Она положила руки на бедра, выпрямила спину и слегка приподняла подбородок – униженная, но всё еще хранящая остатки былой гордости.
Лан Чэ подошел к ложу и посмотрел на нее сверху вниз.
На ней было неприлично короткое платье горничной, и в позе на коленях подол естественным образом натянулся на бедрах, прикрывая колени и обнажая голени со щиколотками.
Лан Чэ забрался на кровать, повернулся на бок и медленно опустил голову ей на колени.
Ощущение в тот самый миг, когда щека коснулась ее ног, передалось необыкновенно отчетливо.
Кожа на бедрах оказалась упругой и гладкой, мышцы в позе на коленях были слегка напряжены, но вовсе не казались жесткими.
Его щека прижалась к внутренней стороне ее бедра – гладкой, точно дорогой шелк.
Температура тела Ву Цзинь казалась чуть ниже обычной, и эта прохлада пришлась как нельзя кстати в душный полуденный час ранней осени.
Легкий изысканный аромат коснулся ноздрей Лана Чэ.
Он на мгновение удивился: разве их мыло пахло именно так?
Впрочем, приятное ощущение тут же вытеснило все посторонние мысли.
Не забивая себе голову, он слегка качнул головой, подыскивая удобный угол, потерся о ее бедро и устроился поудобнее.
─ Хватит ерзать, ─ донесся сверху недовольный голос Ву Цзинь, сквозивщий откровенным раздражением. ─ Твои волосы щекочут донельзя.
─ Подумаешь, какая-то служанка смеет приказывать хозяину? ─ блаженно прикрыв глаза, с улыбкой протянул он. ─ А я вот буду ерзать.
Он намеренно развернул голову в другую сторону, сменив позу с боковой на обращенную к ее животу, и зачесал волосами кожу на внутренней стороне бедра еще пару раз, заставив ее мышцы резко напрячься от щекотки.
Затем Лан Чэ приоткрыл глаза.
Из-за только что совершенного движения его нос едва не скользнул по ее бедру, а подол платья при смене позы задрался еще выше.
И без того короткая юбка едва прикрывала основание бедер, а сейчас подвернулся уголок, обнажая то, что до этого скрывалось тканью.
Взору открылась черная кружевная лента – тонкая, изящная ткань обрамляла мягкие округлости, сдавленные с двух сторон сомкнутыми ногами.
Из-за позы на коленях плоть на бедрах сжалась воедино, образовав по центру соблазнительный глубокий желобок.
Это черное кружево впивалось в мягкую белизну кожи, слегка деформируясь, а его узор плотно прилегал к телу, создавая разительный контраст с нежной кожей внутренней стороны бедра.
Чернота кружев, белизна плоти, а между ними – лишь тонкая тень намека.
Линии мягкие, полные, тугие; под этой тонью ткани угадывались едва заметные изгибы, и хотя никаких подробностей видно не было, от этого зрелище будоражило воображение сильнее любых обнажения.
Дыхание Лана Чэ сбилось на секунду, взгляд приковало к той самой точке, и он невольно подался вперед, будто невидимая нитями сила тянула его рассмотреть всё подробнее.
Ву Цзинь тоже почувствовала неладное и тут же со злости сжала бедра, накрепко зажав голову Лана Чэ с двух сторон, пресекая любые попытки приблизиться.
Она замерла в неподвижной позе, снаружи изображая невозмутимость, но зрачки ее отчаянно дрожали.