─ В Ляньда? – переспросил он.
─ Угу. В Столичном объединенном университете. Изучает журналистику, а на втором курсе подрабатывала у меня в ресторане. Потом мы сдружились, и, видя, что она девчонка толковая и с хваткой, я просто перекинула управление заведением на нее.
Чэнь Синьи крутанула руль, сворачивая на дублер неподалеку от станции метро Удаокоу.
Вэй И мысленно усмехнулся: так и есть.
В прошлой жизни сестра настаивала, чтобы он поступал именно в Ляньда, и за весь первый курс его изрядно «опекала» та самая четверокурсница Ким Серин.
То она заглянет к нему на пару с «инспекцией», то перед самыми экзаменами подсунет заботливо исписанные конспекты, то при каждой встрече начнет допытываться, не завел ли он девушку, а если нет – не хочет ли, чтобы она кого-нибудь подогнала.
Разумеется, все эти «подогнать» в конечном итоге неизменно сводились к самопрезентации.
Линь Сыянь сидела на пассажирском сиденье, молча листая ленту телефона и не вмешиваясь в разговор.
Ресторан «Ханьвэйу» притаился в одном из тихих переулков Удаокоу: вывеска скромная, но внутри всё обставлено с душой.
Стоило распахнуть дверь, как нос мгновенно защекотал густой, аппетитный коктейль из ароматов кимчи, жареной свиной грудинки и густого супа твенджанчиге.
Самое время ужина: большая часть столиков была занята подчистую.
Из колонок негромко лилась сладковатая корейская баллада, звучавшая фоном и нисколько не режущая слух.
Девушка в черном фартуке как раз о чем-то толковала с официантом у стойки бара.
Ростом она была где-то метр шестьдесят пять, чуть выше Чэнь Синьи, а ее каштановые волосы до плеч щеголяли легкими завитушками на кончиках.
Облегающая черная футболка с коротким рукавом и темно-синие джинсы в обтяжку, туго стянутые лямками фартука на талии, подчеркивали выдающиеся изгибы фигуры с такой наглядностью, от которой мгновенно рябило в глазах.
Сразу видно: завсегдатай тренажерного зала.
Завидев переступающую порог Чэнь Синьи, она тут же бросила бумажки и быстрым шагом направилась навстречу.
─ А вот и хозяйка Синьи пожаловала!
Они крепко обнялись. Отстранившись, Ким Серин перевела взгляд на стоявшего за ней Вэй И.
Сверху вниз. Снизу вверх.
Взгляд оценщика. Или, пожалуй, инспектора.
─ Это тот самый воспитанный с детства муж? – со смешком бросила она.
Чэнь Синьи со смехом кивнула.
─ Красавчик, – Ким Серин подошла ближе, разглядывая его в упор и слегка запрокинув голову. ─ И высокий какой, вживую куда лучше, чем на фото. Эх, завидую я тебе, Синьи, черная зависть! Ухмыльнулась она.
Она протянула руку.
─ Привет, я Ким Серин.
Вэй И пожал ее ладонь.
Сухая, теплая, с крепкими суставами. Это были руки человека, который не боится черновой работы.
─ Вэй И.
─ Я твои фотографии в телефоне у Синьи уже до дыр засмотрела, – улыбка Ким Серин сияла ярче июньского солнца, бьющего в витрину. ─ Все уши нам прожужжала: «мой братик то, мой братик сё». Наконец-то довелось увидеть вживую.
─ И как впечатления от живого экземпляра?
─ Лучше, чем на снимках, – Ким Серин шагнула назад, окинув его еще одним взглядом с ног до головы. ─ Рост что надо. И телосложение отличное, плечи широкие.