Пусть он не блистал какими-то выдающимися талантами, в ее глазах он всегда оставался первым под небесами.
В кабинете уже сидели люди.
Ким Серин распоряжалась расстановкой приборов, а завидев входящего Вэй И, озорно подмигнула ему.
Вскоре с небольшой разницей во времени подоспели Лю Ян и Чжао Минь.
Лю Ян, в своем неизменном деловом и собранном стиле, с порога швырнула сумку на стул: ─ Синьи, я снаружи слышала твое объявление про тридцать процентов скидки! Пятьсот шестьдесят баллов действительно стоили такого цирка?
Чэнь Синьи наградила ее выразительным взглядом: ─ А ты сколько в свое время набрала?
– Шестьсот пятьдесят четыре по гуманитарному, Жэньда, – Лю Ян уселась на стул и закинула ногу на ногу. – Так что имею право говорить?
– То ты, – не сдавалась Чэнь Синьи. – А мой брат – это мой брат.
Чжао Минь рядом заулыбалась так широко, что на ее пухлых щеках проступили ямочки, а на лице читалось: «Я так и знала, что этим кончится».
– Ой, Лю Ян, перестань ее дразнить. Для Синьи пятьсот шестьдесят баллов ее брата радостнее собственных семисот шестидесяти.
Лю Ян вздохнула и бросила на Вэй И взгляд, в котором отчетливо читалось: «Парень, какую же кармическую удачу ты заслужил в прошлых жизнях».
Вскоре подтянулись еще две девушки – студентки Жэньда, младшекурсницы Чэнь Синьи с самой заурядной внешностью.
В прошлой жизни Вэй И с ними почти не пересекался, зная лишь, что обе обладали мощным семейным тылом и жесткой хваткой, а потому числились в близких подругах Чэнь Синьи.
Пришла и заведующая салоном красоты, та самая сестра Ли – ей было за тридцать, она носила химическую завивку и перекрикивала Лю Ян без всякого труда.
Всего за столом собралось человек восемь-девять, и поднялся шум, словно под Новый год.
Блюда одно за другим появлялись на столе. Корейское барбекю, суп с женьшенем и курицей, блинчики с морепродуктами, токпокки, пибимпап – еду уже некуда было ставить.
Ким Серин лично сновала между кухней и залом, сопровождая подачу каждого блюда неизменной репликой в адрес Вэй И: «А я попросила шеф-повара положить побольше того, что ты любишь».
Вэй И заметил, что всякий раз после слов Ким Серин Чэнь Синьи с довольной улыбкой наблюдала за ними со стороны.
Это выражение лица до боли напоминало хозяйку, с умилением глядящую на мирно ужикающихся кота и щенка.
За столом.
Разговоры перескакивали с гаокао на выбор вуза, от выбора вуза – на студенческую жизнь, а от нее – на многочисленные истории о том, как Чэнь Синьи выстраивает вокруг брата систему многоуровневой заботы.
Глотнув рисового вина, раскрасневшаяся Лю Ян пустилась в откровенные разоблачения: ─ Вы просто не знаете, как только Синьи поступила на первый курс, она каждый вечер трепалась по видеосвязи с братом. Мы спрашивали, сколько ему лет, а она отвечала, что он только пошел в старшую школу. Мы удивлялись: зачем парню из старших классов звонить по видеосвязи каждый день? А оказалось – никакой это не младший брат, это ж настоящий муж!
Все присутствующие покатились со смеху.
Чэнь Синьи даже не думала оправдываться: она подцепила палочками кусок мяса и положила в тарелку Вэй И. ─ Чего ржете? Завидуете – заведите себе такого же и растите.