Тяньюань

Тогда многие сектантские объединения Северной Пустоши шагнули в Тяньюань.

Секта Сюаньцин направила туда свыше десятка могущественных старейшин и несколько десятков учеников внутреннего круга.

Среди них числился и новоиспеченный старейшина внутренних покоев по имени Чэнь Цинъюань – совсем юный годами, но обладавший высочайшим положением в иерархии.

Стоило им ступить в запретную зону Тяньюань, как мастера из бесчисленных сект пропали без вести, сгинув навсегда.

По сравнению с остальными, секта Сюаньцин пострадала страшнее всех: она погибла в полном составе.

Спустя целый век лампа души Чэнь Цинъюаня загорелась, заставив всю секту Сюаньцин взбудоражиться.

─ Наконец-то выбрался наружу, ─ выдохнул Чэнь Цинъюань, стоя у кромки озера на внешних рубежах запретной зоны Тяньюань.

Его одежда была покрыта пылью, а в теле не ощущалось ни малейшего колебания духовной энергии.

Он был последним учеником, которого великий старейшина-прародитель секты Сюаньцин принял незадолго до своей кончины.

Вся эта орава стариков из секты Сюаньцин была обязана звать его не иначе как младшим братом, а рядовым ученикам и вовсе полагалось обращаться к нему не иначе как «дядюшка» или даже «прадядюшка».

─ Больше ни за что в жизни сюда не сунусь, ─ бросил Чэнь Цинъюань взгляд назад, на темные заросли, где таилась древняя пропасть, скрывавшая целый собственный мир.

Едва он произнес эти слова, как до его слуха донесся звенящий женский голос: ─ Мальчишка, смотри не забудь о нашем уговоре.

Услышав это, Чэнь Цинъюань вздрогнул от озноба и быстренько захлопнул рот.

Столетие, проведенное в недрах Тяньюаня, вспоминать было страшно.

Больше всего его до сих пор терзал вопрос: почему ему удалось вырсть из лап смерти? Неужели всё дело в его выдающейся красоте?

Пусть вероятность этого была мала, но исключать ее полностью тоже не стоило.

Девушка в алом тайком предупредила его, что секта Сюаньцин очень скоро обнаружит его следы и отправит людей на поиски.

─ Найду-ка я прохладное местечко передохнуть, ─ рассудил Чэнь Цинъюань и, не желая лишний раз переставлять ноги, завалился под раскидистое дерево, где блаженно заснул.

Стоит признать, что даже лишившись культивации, Чэнь Цинъюань обладал достаточной смелостью, чтобы провожать время подобным образом посреди дикой глуши. Это наглядно показывало: пусть его силы и оказались разрушены, при нем наверняка оставались неведомые посторонним козыри, иначе с чего бы ему вести себя столь дерзко?

Спустя час Дун Вэньцзюнь в сопровождении отряда приближенных прибыл на место.

Увидев мирно почивающего в тени дерева Чэнь Цинъюаня, Дун Вэньцзюнь зашелся в мелкой дрожи, его губы затряслись, и ему до боли захотелось завопить во всю глотку. Однако старик испугался, что всё это лишь игра воображения, и застыл на месте, глядя на Чэнь Цинъюаня затуманенными от слёз глазами.

─ Младший дядя, очнитесь, ─ бросились вперед несколько учеников, принявшись тормошить спящего.

Чэнь Цинъюань медленно приоткрыл глаза и обвел взглядом собравшихся.

Мгновение спустя он встретился взглядом поседевшим Дун Вэньцзюнем, лицо его озарилось радостной улыбкой, и он тихо произнес: ─ Старший брат Дун.