Болтливая мисс

Глава 2

Ту Мину доводилось руководить самыми разными сотрудниками. Какими бы они ни были в частной жизни, по крайней мере на людях все старались держаться прилично. А вот человека, который напрочь отбрасывал всякие приличия и нёс что в голову взбредёт, он сегодня встретил впервые.

Ту Мину доводилось руководить самыми разными сотрудниками. Какими бы они ни были в частной жизни, по крайней мере на людях все старались держаться прилично. А вот человека, который напрочь отбрасывал всякие приличия и нёс что в голову взбредёт, он сегодня встретил впервые.

Зрение у него было хорошее. Скользнув взглядом по перегородке её рабочего места, Ту Мин прочитал имя: Lumi.

Зрение у него было хорошее. Скользнув взглядом по перегородке её рабочего места, Ту Мин прочитал имя: Lumi.

Лу Ми тем временем уселась за свой стол и краем глаза заметила, как какой-то мужчина свернул в кабинет большого босса — Люка. Спина прямая, лицо серьёзное, будто на лбу крупными буквами написано: «У меня ко всему миру претензии». С первого взгляда ясно — человек не из приятных.

Лу Ми тем временем уселась за свой стол и краем глаза заметила, как какой-то мужчина свернул в кабинет большого босса — Люка. Спина прямая, лицо серьёзное, будто на лбу крупными буквами написано: «У меня ко всему миру претензии». С первого взгляда ясно — человек не из приятных.

Лу Ми развернула офисное кресло к Шан Чжитао:

Лу Ми развернула офисное кресло к Шан Чжитао:

— Видела того, который только что зашёл? Это случайно не наш новый начальник? Нам же говорили, что он весь такой современный, на гребне волны. А чего тогда выглядит так, будто весь мир ему задолжал?

— Видела того, который только что зашёл? Это случайно не наш новый начальник? Нам же говорили, что он весь такой современный, на гребне волны. А чего тогда выглядит так, будто весь мир ему задолжал?

Шан Чжитао рассмеялась:

Шан Чжитао рассмеялась:

— Я тоже его видела. Но, по-моему, он выглядит очень порядочным.

— Я тоже его видела. Но, по-моему, он выглядит очень порядочным.

— Да какая разница!

— Да какая разница!

Лу Ми развернулась обратно к своему столу, включила компьютер и принялась раздавать задания подрядчикам. Работала она быстро, ловко и очень эффективно: пальцы без остановки стучали по клавиатуре, только треск стоял.

Лу Ми развернулась обратно к своему столу, включила компьютер и принялась раздавать задания подрядчикам. Работала она быстро, ловко и очень эффективно: пальцы без остановки стучали по клавиатуре, только треск стоял.

В какой-то момент она подняла голову и увидела, как тот мужчина выходит из кабинета Люка.

В какой-то момент она подняла голову и увидела, как тот мужчина выходит из кабинета Люка.

И почти сразу в рабочем чате появилось сообщение:

И почти сразу в рабочем чате появилось сообщение:

[Просьба всем ровно в 10:30 собраться в переговорной 501.]

[Просьба всем ровно в 10:30 собраться в переговорной 501.]

— Шан Чжитао, по ходу, тот мужчиа и правда мой новый начальник, — сказала Лу Ми.

— Шан Чжитао, по ходу, тот мужчиа и правда мой новый начальник, — сказала Лу Ми.

В Lingmei существовала целая культура английских имён: у каждого сотрудника обязательно должно было быть своё. Причём придумать его требовалось ещё до выхода на работу. Лу Ми было лень ломать голову, поэтому она просто вписала транслитерацию собственного китайского имени — Lumi. А английским именем Шан Чжитао было Flora.

В Lingmei существовала целая культура английских имён: у каждого сотрудника обязательно должно было быть своё. Причём придумать его требовалось ещё до выхода на работу. Лу Ми было лень ломать голову, поэтому она просто вписала транслитерацию собственного китайского имени — Lumi. А английским именем Шан Чжитао было Flora.

Сама Лу Ми терпеть не могла, когда в офисе все обращались друг к другу по английским именам. Ей казалось, что это как в старой поговорке: нарцисс не цветёт, зато строит из себя чеснок — сплошное позёрство!

Сама Лу Ми терпеть не могла, когда в офисе все обращались друг к другу по английским именам. Ей казалось, что это как в старой поговорке: нарцисс не цветёт, зато строит из себя чеснок — сплошное позёрство!

Зажав ноутбук под мышкой, она вслед за коллегами отправилась в переговорную 501.

Зажав ноутбук под мышкой, она вслед за коллегами отправилась в переговорную 501.

Внутри уже было полно народу. Люк сидел рядом с тем самым мужчиной.

Внутри уже было полно народу. Люк сидел рядом с тем самым мужчиной.

От нового начальника так и веяло правильностью. Сидел он идеально прямо, с безукоризненной осанкой. Здороваясь с людьми, слегка кивал, на губах появлялась вежливая улыбка, но при этом в нём всё равно чувствовалась отчуждённость. Он немного напоминал учителя старой закалки — с какой-то трудноуловимой интеллигентностью человека книжного.

От нового начальника так и веяло правильностью. Сидел он идеально прямо, с безукоризненной осанкой. Здороваясь с людьми, слегка кивал, на губах появлялась вежливая улыбка, но при этом в нём всё равно чувствовалась отчуждённость. Он немного напоминал учителя старой закалки — с какой-то трудноуловимой интеллигентностью человека книжного.

Волк в овечьей шкуре.

Волк в овечьей шкуре.

Эти слова сами собой всплыли у Лу Ми в голове.

Эти слова сами собой всплыли у Лу Ми в голове.

Она много лет работала с самыми разными людьми и успела насмотреться на всяких. Стоило ей встретить кого-нибудь настолько сдержанного и церемонного, как первым делом начинало казаться, что человек просто строит из себя невесть что.

Она много лет работала с самыми разными людьми и успела насмотреться на всяких. Стоило ей встретить кого-нибудь настолько сдержанного и церемонного, как первым делом начинало казаться, что человек просто строит из себя невесть что.

Мужчины ей нравились вроде Люка. Хочет наступать — наступает, хочет отступать — отступает. Хищник — так это сразу на лице написано. Никакого притворства.

Мужчины ей нравились вроде Люка. Хочет наступать — наступает, хочет отступать — отступает. Хищник — так это сразу на лице написано. Никакого притворства.

Особого интереса к подобным встречам-знакомствам Лу Ми не испытывала. Поэтому отыскала местечко в заднем ряду, забилась туда и приготовилась тихонько отсидеться.

Особого интереса к подобным встречам-знакомствам Лу Ми не испытывала. Поэтому отыскала местечко в заднем ряду, забилась туда и приготовилась тихонько отсидеться.

Её отношение «лишь бы рабочий день прошёл» читалось настолько отчётливо, что скрывать его уже не имело смысла.

Её отношение «лишь бы рабочий день прошёл» читалось настолько отчётливо, что скрывать его уже не имело смысла.

Подняв глаза, Лу Ми заметила, как Люк бросил на неё взгляд, в котором словно мелькнула насмешка.

Подняв глаза, Лу Ми заметила, как Люк бросил на неё взгляд, в котором словно мелькнула насмешка.

Она мысленно фыркнула.

Она мысленно фыркнула.

Люк как-то сказал ей наедине, что она — та самая грязь, которую хоть на стену лепи, всё равно не удержится.

Люк как-то сказал ей наедине, что она — та самая грязь, которую хоть на стену лепи, всё равно не удержится.

Лу Ми было всё равно.

Лу Ми было всё равно.

Ну не удержусь и не удержусь. А зачем мне вообще на эту стену лезть? Там и ветер, и солнце палит. Что хорошего?

Ну не удержусь и не удержусь. А зачем мне вообще на эту стену лезть? Там и ветер, и солнце палит. Что хорошего?

На экране ноутбука подрядчик всё ещё обсуждал с ней рабочие вопросы. Лу Ми слегка опустила голову и продолжила отвечать. Длинные ногти быстро стучали по клавишам, словно она специально вызвалась вести стенограмму этой встречи.

На экране ноутбука подрядчик всё ещё обсуждал с ней рабочие вопросы. Лу Ми слегка опустила голову и продолжила отвечать. Длинные ногти быстро стучали по клавишам, словно она специально вызвалась вести стенограмму этой встречи.

Ту Мин повернул голову на звук.

Ту Мин повернул голову на звук.

Взгляд его стал чуть жёстче.

Взгляд его стал чуть жёстче.

Через секунду он снова отвернулся.

Через секунду он снова отвернулся.

Времени впереди достаточно. Подчинённых тоже следовало приучать к порядку, но спешить он не собирался. Когда-то Ту Мин два года преподавал в учебном заведении и давно понял: по большому счёту между студентами и сотрудниками не такая уж большая разница.

Времени впереди достаточно. Подчинённых тоже следовало приучать к порядку, но спешить он не собирался. Когда-то Ту Мин два года преподавал в учебном заведении и давно понял: по большому счёту между студентами и сотрудниками не такая уж большая разница.

— Меня зовут Ту Мин, можете звать меня Уилл. Мой кабинет — прямо напротив ваших рабочих мест. Если захотите что-нибудь обсудить, можете заходить.

— Меня зовут Ту Мин, можете звать меня Уилл. Мой кабинет — прямо напротив ваших рабочих мест. Если захотите что-нибудь обсудить, можете заходить.

И всё.

И всё.

Никакой торжественной вступительной речи Ту Мин не подготовил. Не видел смысла.

Никакой торжественной вступительной речи Ту Мин не подготовил. Не видел смысла.

Он вообще не любил ничего торжественного. По его мнению, чем проще — тем лучше. Даже одежду он неизменно выбирал чёрную, белую или серую — ничего яркого, ничего выходящего за рамки.

Он вообще не любил ничего торжественного. По его мнению, чем проще — тем лучше. Даже одежду он неизменно выбирал чёрную, белую или серую — ничего яркого, ничего выходящего за рамки.

Представляться по очереди подчинённых он тоже не заставил. Подобные мероприятия казались ему до жути неловкими, словно массовое свидание вслепую.

Представляться по очереди подчинённых он тоже не заставил. Подобные мероприятия казались ему до жути неловкими, словно массовое свидание вслепую.

Поэтому после короткого знакомства Ту Мин лишь добавил:

Поэтому после короткого знакомства Ту Мин лишь добавил:

— Позже попрошу отдел Трейси организовать индивидуальные встречи с каждым из вас. Никакого плана разговора не будет. Просто побеседуем и познакомимся поближе.

— Позже попрошу отдел Трейси организовать индивидуальные встречи с каждым из вас. Никакого плана разговора не будет. Просто побеседуем и познакомимся поближе.

На этом собрание закончилось.

На этом собрание закончилось.

Лу Ми сидела с одним-единственным вопросом в голове:

Лу Ми сидела с одним-единственным вопросом в голове:

И?..

И?..

Она только что побывала на пятиминутной встрече-знакомстве и не узнала ровным счётом ничего полезного.

Она только что побывала на пятиминутной встрече-знакомстве и не узнала ровным счётом ничего полезного.

Новый начальник не произнёс ни единого лишнего слова. Казалось, он даже знаки препинания экономил.

Новый начальник не произнёс ни единого лишнего слова. Казалось, он даже знаки препинания экономил.

Впрочем, ничего особенно содержательного он тоже не сказал.

Впрочем, ничего особенно содержательного он тоже не сказал.

Вот уж действительно редкий экземпляр.

Вот уж действительно редкий экземпляр.

Неудивительно, что его нанял Люк. Они явно были одного поля ягоды.

Неудивительно, что его нанял Люк. Они явно были одного поля ягоды.

Выходя из переговорной, Лу Ми всё же обернулась.

Выходя из переговорной, Лу Ми всё же обернулась.

Ту Мин стоял у стола и провожал взглядом расходившихся сотрудников.

Ту Мин стоял у стола и провожал взглядом расходившихся сотрудников.

На первый взгляд — образованный, воспитанный, мягкий человек. Но если присмотреться внимательнее, в нём обнаруживалось что-то совсем иное. Какая-то скрытая необузданность. И глубоко внутри — едва заметная жестокая, хищная жилка.

На первый взгляд — образованный, воспитанный, мягкий человек. Но если присмотреться внимательнее, в нём обнаруживалось что-то совсем иное. Какая-то скрытая необузданность. И глубоко внутри — едва заметная жестокая, хищная жилка.

Редкое сочетание.

Редкое сочетание.

За обедом Лу Ми принялась делиться наблюдениями с Шан Чжитао:

За обедом Лу Ми принялась делиться наблюдениями с Шан Чжитао:

— Вот увидела я своего нового начальника — и сразу подумала: процентов на восемьдесят он коварный тип. Знаешь, у меня и раньше были начальники, на которых посмотришь — мороз по коже. Но чтобы прямо холодок по позвоночнику пробежал… этот первый.

— Вот увидела я своего нового начальника — и сразу подумала: процентов на восемьдесят он коварный тип. Знаешь, у меня и раньше были начальники, на которых посмотришь — мороз по коже. Но чтобы прямо холодок по позвоночнику пробежал… этот первый.

— У тебя от него холодок по позвоночнику? — Шан Чжитао удивлённо распахнула глаза.

— У тебя от него холодок по позвоночнику? — Шан Чжитао удивлённо распахнула глаза.

Она ещё ни разу не видела, чтобы Лу Ми кого-нибудь боялась.

Она ещё ни разу не видела, чтобы Лу Ми кого-нибудь боялась.

Лу Ми даже передёрнуло:

Лу Ми даже передёрнуло:

— Ага. У меня такое смутное предчувствие, что спокойной жизни пришёл конец. Чую, дальше отсиживаться будет непросто.

— Ага. У меня такое смутное предчувствие, что спокойной жизни пришёл конец. Чую, дальше отсиживаться будет непросто.

Шан Чжитао рассмеялась, но тут же совершенно серьёзно возразила:

Шан Чжитао рассмеялась, но тут же совершенно серьёзно возразила:

— Вот с тем, что ты отсиживаешься на работе, я не согласна. Ты работаешь быстрее всех, поэтому и кажется, будто у тебя вечно полно свободного времени.

— Вот с тем, что ты отсиживаешься на работе, я не согласна. Ты работаешь быстрее всех, поэтому и кажется, будто у тебя вечно полно свободного времени.

— А вдруг мой начальник слепой? — спросила Лу Ми и тут же сама себе ответила: — Хотя не могу же я быть настолько невезучей, чтобы мне действительно достался слепой начальник.

— А вдруг мой начальник слепой? — спросила Лу Ми и тут же сама себе ответила: — Хотя не могу же я быть настолько невезучей, чтобы мне действительно достался слепой начальник.

Она продолжала что-то бормотать себе под нос, когда Шан Чжитао вдруг пнула её под столом.

Она продолжала что-то бормотать себе под нос, когда Шан Чжитао вдруг пнула её под столом.

Лу Ми обернулась.

Лу Ми обернулась.

Рядом как раз ставили на стол подносы Ту Мин и Люк.

Рядом как раз ставили на стол подносы Ту Мин и Люк.

Люк скользнул по ним взглядом и растянул губы в чисто символической, насквозь формальной улыбке.

Люк скользнул по ним взглядом и растянул губы в чисто символической, насквозь формальной улыбке.

А Ту Мин…

А Ту Мин…

Ту Мин выглядел совершенно невозмутимым.

Ту Мин выглядел совершенно невозмутимым.

Словно вообще не слышал, как Лу Ми только что назвала его слепым.

Словно вообще не слышал, как Лу Ми только что назвала его слепым.