ГТА 1999: Как мы фармили экспу на братках

Три непосильные ноши: дороговизна учебы, лечения и жилья — по-прежнему висели над головами большинства людей тяжким ярмом.

— Шагу ступить нельзя, чтобы не содрали монету! — жаловались в народе. — В школах поборы бесконечные: сегодня три юаня принеси, завтра пять. Ладно бы только за обучение платили, так ведь нет — придумывают новые статьи расходов. То на учебники давай, то на дополнительные занятия, то на методички, то на бланки для контрольных! Кругом одни расходы. Разве бедняку выучить ребенка в такие времена?

— Шагу ступить нельзя, чтобы не содрали монету! — жаловались в народе. — В школах поборы бесконечные: сегодня три юаня принеси, завтра пять. Ладно бы только за обучение платили, так ведь нет — придумывают новые статьи расходов. То на учебники давай, то на дополнительные занятия, то на методички, то на бланки для контрольных! Кругом одни расходы. Разве бедняку выучить ребенка в такие времена?

На стенах то и дело появлялись рукописные плакаты — дацзыбао:

На стенах то и дело появлялись рукописные плакаты — дацзыбао:

«Раньше о старости и здоровье никто не беспокоился. Пришел срок — уходи на заслуженный отдых и живи спокойно. Прихватило здоровье — иди в больницу. Хоть аппендицит, хоть тяжелая болезнь — за кошелек хвататься не приходилось. Вот она, социалистическая забота о трудящихся, которую мы все знали! А нынче все прахом пошло. Законная медицинская страховка испарилась, ее словно и не было никогда. Заболеешь — выкладывай последние копейки, отложенные на еду. Цены на лекарства взлетели до небес. Прежде обычную простуду за двадцать юаней на ноги поднимали, а теперь в аптеку зайдешь — меньше восьмисот не оставишь! Кто из простых рабочих выдержит такое разорение? Разве что единицы из тысяч, капля в море»!

«Раньше о старости и здоровье никто не беспокоился. Пришел срок — уходи на заслуженный отдых и живи спокойно. Прихватило здоровье — иди в больницу. Хоть аппендицит, хоть тяжелая болезнь — за кошелек хвататься не приходилось. Вот она, социалистическая забота о трудящихся, которую мы все знали! А нынче все прахом пошло. Законная медицинская страховка испарилась, ее словно и не было никогда. Заболеешь — выкладывай последние копейки, отложенные на еду. Цены на лекарства взлетели до небес. Прежде обычную простуду за двадцать юаней на ноги поднимали, а теперь в аптеку зайдешь — меньше восьмисот не оставишь! Кто из простых рабочих выдержит такое разорение? Разве что единицы из тысяч, капля в море»!

Спроси рабочего: „Что делать, если заболеешь?“ — и восемь из десяти ответят: „Если мелочь какая — куплю таблеток подешевле, а если что серьезное — буду терпеть до конца, на все воля Божья“. За последние годы на нашем заводе уже несколько человек ушли из жизни только потому, что не смогли оплатить лечение. Какое бессилие, какая страшная трагедия!

Спроси рабочего: „Что делать, если заболеешь?“ — и восемь из десяти ответят: „Если мелочь какая — куплю таблеток подешевле, а если что серьезное — буду терпеть до конца, на все воля Божья“. За последние годы на нашем заводе уже несколько человек ушли из жизни только потому, что не смогли оплатить лечение. Какое бессилие, какая страшная трагедия!