Магазин на грани краха: искусство лжи и актёрской игры

Вовсе нет. Она действительно понятия не имела, почему взяла какой-то ножичек и принялась долбить им по прочнейшему дверному замку. Ведь это было всё равно что бить яйцом о камни — уровни прочности даже близко не шли в сравнение!

Но ей упорно казалось, будто где-то в глубине сознания некий голос нашёптывал ей подсказку и подталкивал пустить в ход именно это лезвие.

Даже когда она действительно достала нож и начала колоть им замок, она совершенно ни на что не надеялась.

Но сейчас…

Тими вгляделась в гладкий срез на замке и протянула руку, чтобы коснуться его.

Немыслимо гладкий. Не иллюзия.

Взгляд, брошенный ею на нож в собственной руке, мгновенно изменился.

О небеса, неужели эта штука — какой-то божественный артефакт?!

Тими погладила далеко не идеальное на вид лезвие ножичка, предаваясь фантазиям.

Впрочем, нельзя винить её за такие мысли — в конце концов, её кругозор был весьма ограничен.

Столь невежественной особе требовалось снисхождение.

— О, слава великой Богине Богатства! Неужели это дар, который вы преподнесли своей преданнейшей последовательнице? — пробормотала Тими.

Вот же нахалка, снова бесстыдно объявила себя преданнейшей последовательницей.

Интересно, кто же это незадолго до назвав Богиню Богатства проклятой?

Если бы кто-то напрямую задал Тими этот вопрос, эта бесстыжая девица с толстокожестью толще земной коры ни за что бы не призналась. Даже если бы ей предъявили неопровержимые доказательства, она бы с абсолютно невозмутимым видом заявила: Разве дела истинной верующей можно называть руганью?

Сразу видно, насколько потеряла всякий стыд эта особа.

— Ладно-ладно, нечего об этом думать, — Тими покачала головой, отгоняя лишние мысли, засунула ножик за пояс и протянула руку к массивной двери.

Дверь даже не шелохнулась.

Она надавила сильнее.

Дверь по-прежнему стояла как вкопанная.

Толкнуть изо всех сил!

Створки не выказывали ни малейшего намерения сдвинуться с места!

Взбешенная Тими со злости врезала ладонью по двери!

Ай! Моя рука!

Удар вышел отнюдь не слабым, и от отдачи Тими пронзила острая боль.

Чудно просто: мало того, что правое запястье до сих пор опухшее, так теперь ещё и левая ладонь распухнет.

Однако, благодаря этому шлепку Тими, массивная дверь, выглядевшая столь солидно, наконец подала признаки жизни: по её поверхности побежали причудливые руны, озарившись белым светом, и между ними заплясали искры электрических разрядов.

— Есть контакт! — Тими тут же забыла о боли в руке, с восторгом уставившись на охваченную сиянием дверь, и забормотала себе под нос: — Только посмотрите на этот пафос при открытии! Если внутри нет сокровищ, пусть меня молния поразит, вовек не поверю.

И всё же, неужели отпирание двери занимает столько времени?

Тими с минуту нетерпеливо ждала, но в конце концов её терпение лопнуло: — Вечно с этими дверями столько возни, я сама тебе помогу!

С этими словами она вытащила из-за пояса нож и со всего маху вонзила его в створку.

Не спрашивайте, откуда у неё взялась такая уверенность — считайте, что её вдохновил чей-то чужой пример.

Вжух! Хрусь!

Под два странных звука сиявшие молниями и белым светом руны вмиг покрылись трещинами и раскололись, утратив свой прежний чудесный вид.