Магазин на грани краха: искусство лжи и актёрской игры

Мрачный, хриплый, зловещий.

– Что ж… – старейшина вновь поднялась на ноги, ее лицо озарила демоническая улыбка. – Давайте же поднесем великой Лилис нашу самую преданную веру.

Она широко улыбнулась.

Старейшина… нет…

Лилис.

Мрачная ведьма, Лилис Троя.

Имя, от одного упоминания которого любого человека снаружи бросало в дрожь, имя, внушающее ужас всем практикующим.

– Воздадим великой Лилис самую искреннюю веру!

– Воздадим великой Лилис самую искреннюю веру!

– Воздадим великой…

Сельчане машинально повторяли хвалы Лилис.

– Прекрасно, прекрасно, просто прекрасно! – она повернулась к державшей факел Лонии. – Лония, прошу тебя.

Лицо Лилис исказила жуткая улыбка, и она отрывисто приказала женщине.

– …Слушаюсь. – На испещренном морщинами лице Лонии не отражалось ни единой эмоции, словно ей было совершенно все равно, однако рука, сжимавшая факел, непрерывно дрожала.

Бедная девочка…

Не случись тогда то несчастье, моя дочь наверняка была бы уже такой же большой…

Бедный ребенок… Тебе не следовало приходить сюда…

Тихо вздохнув, Лония отвела взгляд в сторону и швырнула факел в Тими.

Пламя взметнулось с ревом.

Треск огня зазвучал в ушах женщины, потерявшей любимую дочь, и болью отозвался в ее сердце.

– Бедное дитя… – слезы скатились по ее лицу, испещренному следами прожитых лет.

Будь у нее выбор, она бы ни за что так не поступила.

Не стала бы творить подобное с этой беспомощной, несчастной девочкой.

И даже не стала бы повиноваться приказам старейшины.

Но она была вынуждена. Пусть дочь покинула ее, у нее оставались муж и сын.

Поэтому ей не оставалось иного выхода.

– Прости меня… Прости! – Лония рухнула на колени у самого края пламени и зарыдала, глядя на горящую Тими. – Прости меня, дитя! Прости!

– Прости меня!!

Полный боли и отчаяния голос передался всем присутствующим жителям, и их взгляды перестали быть пустыми и бездумными.

У некоторых из глаз брызнули слезы.

Разве у них самих не было тяжелой ноши? Разве у них не было семей?

– Похоже, Лония тоже поддалась влиянию злой ведьмы…

В этот момент из-за спины Лонии донесся игривый голос Лилис.

В тот же миг все поняли: Лонию ждет жесточайшая кара, и спасения не будет.

Никакого.

Такова цена…

За неповиновение воле старейшины.

Глава 29

Ощутив, как отвсюду накатывает жуткий жар, Тими почувствовала, как отчаяние на её лице сменилось мертвенно-серым безразличием.

Стоило ей только услышать слова Лилис, как накопившееся за целых полмесяца чувство голода из желудка ударило в мозг.

Она ощущала, как жизненные силы покидают её тело с не поддающейся никаким подсчётам скоростью.

Интересно, я сгорю заживо или умру от голода?

И то, и другое выглядит довольно жутко…

Либо ты сгораешь сразу, либо сначала умираешь от голода, а потом пламя пожирает твой труп…

Выходит, сгореть прямо сейчас всё-таки лучше?

Под двойным натиском высокой температуры и голода давно угасшая личность Тими встрепенулась и пробудилась хотя бы на мгновение.

По крайней мере, она всё ещё помнила, что она — Тими, и только после этого готовилась встретить смерть.

Это было куда лучше, чем угаснуть в беспамятстве.