Все выбрали учение Чань, а я выбрал Цзе и сошел с ума от убийств

Распрощавшись со всеми четырьмя девами, Чжао Цзысюань остался стоять один.

─ Ох ты ж… Разбогател, неслыханно разбогател! ─ едва дамы скрылись из виду, он не сдержал победного ликования.

И речь шла вовсе не о подарках от Саньсяо, а о тех десятках словарей, что собрались за минувшую тысячу лет.

Пока сестры истребляли свирепых зверей, он неотступно следовал за ними хвостом, забирая всё выпадающее добро.

Подсчеты показали: девятнадцать синих словарей и двадцать пять зеленых.

Настоящее небывалое обогащение.

С таким колоссальным запасом он вполне мог возвысить один из словарей до красного уровня.

Изначально он планировал улучшить [Поглощение] – укрепление силовой базы всегда оставалось приоритетом.

Но после напутствия Юньсяо планы пришлось скорректировать.

До проповеди святого владыки Тунтяня оставалось ровно две тысячи лет.

Вместо кратковременного прироста личной мощи куда разумнее казалось привлечь внимание самого Учителя.

Заслужить милость святого мужа – значит обеспечить себе куда более гладкий путь постижения Дао.

Поразмыслив еще немного, Чжао Цзысюань собрал груду бесполезных на данный момент свойств и влил их в единственный словарь, связанный с мечом.

Мгновение спустя этот знак вспыхнул ослепительным багряным пламенем.

【Сердце меча просветлено (крас.): твое понимание меча достигло вершины мастерства; девять из десяти мечных искусств не имеют от тебя секретов. Более того, при использовании любых техник владения клинком их мощь удваивается】

Прочитав описание нового словаря, юноша едва не присвистнул.

Эффект получился ошеломляющим.

С такой характеристикой стать мастером клинка – дело ближайших дней.

Если багряные свойства настолько ужасают воображение, трудно даже представить, какими силами обладают золотые.

Не теряя времени, Чжао Цзысюань извлек подаренные Юньсяо записи об искусстве меча.

Спустя всего лишь столетие он полностью усвоил чужие озарения.

И дело было не только в мощи приобретенного свойства: сами девы Саньсяо специализировались на искусстве массивов, а не на клинках, так что их познания не отличались абсолютной глубиной.

Убрав записи, он достал Воду Звездного Духа и принялся за ее очищение.

Две тысячи лет пролетели как одно мгновение.

К моменту окончания медитации Вода была полностью усвоена, в корне возвысив его изначальную природу до высшего качества постнебесного уровня, едва-едва не дотянув до врожденной чистоты.

Вдобавок ступень его развития естественным образом перешагнула барьер, ворравшись в пределы Истинного Бессмертного.

─ Дон! Дон! Дон!!

В этот самый миг над гладью океана разнеслись глубокие, древние раскаты колокольного звона.

Святой владыка Тунтянь готовился начать проповедь.

Обитатели окрестных вод учения Цзе мгновенно пришли в движение, потоками устремляясь к Острову Цзиньаодао.

Выйдя из своей пещеры, Чжао Цзысюань увидел, как небо и море вокруг буквально кишат мириадами световых лучей – зрелище поистине грандиозное.

Говорили, что учение Цзе способно собрать «мириады бессмертных подле себя», и теперь он видел, что это вовсе не преувеличение.