Бред! За одну трапезу в Шасяни с меня содрали 180 тысяч?!

Неудивительно, что пробудился именно этот навык

Три часа спустя Ли Чжибай наконец привел в порядок и вымыл весь зал и внутренние помещения.

Площадь у заведения была небольшой, но планировка вполне удачная: спереди обеденная зона, где помещалось столиков шесть, а сзади — полуоткрытая кухня, отделенная прозрачным стеклом, так что снаружи можно было видеть все происходящее внутри.

Единственное, что его не совсем устраивало, — это оборудование на кухне: оно было довольно посредственным, если не сказать мусорным.

Впрочем, теперь, когда он обладал кулинарным мастерством божественного уровня, требования к кухонному оснащению у него инстинктивно повысились.

Убравшись на первом этаже, Ли Чжибай немного отдохнул, а затем потратил еще полчаса, чтобы привести в порядок верхний ярус.

В этом заключался единственный плюс заведения — наличие двух этажей.

Второй этаж представлял собой переоборудованный маленький мезонин с очень низким потолком: Ли Чжибаю с его ростом в метр семьдесят восемь приходилось сгибаться, чтобы не задевать головой перекрытие.

Площади там было всего квадратов десять с небольшим: из обстановки — только деревянный щит вместо кровати, простенький шкаф для одежды в углу да маленькое окошко размером с ладонь по соседству. Помимо этого, в углу потолка имелось еще одно вентиляционное отверстие размером с ладонь. Условия были крайне скудными.

Но для него нынешнего этого вполне хватало.

Ли Чжибай задвинул чемодан в угол, бросил рюкзак на кровать, а с первого этажа принес пластиковый табурет и поставил его рядом с лежанкой вместо прикроватной тумбочки.

С жильем вопрос можно было считать решенным.

Вернувшись на первый этаж,

Ли Чжибай посмотрел на стены заведения и стал размышлять над очень серьезным вопросом.

Цены в меню.

Цены, установленные в системных рецептах, он только что перечитал несколько раз — все они были безумно дорогими.

Самая дешевая позиция стоила целых 128 юаней.

Если открыто повесить такие цены в заведении, то не то что сто порций — вряд ли удастся продать хотя бы одну.

Какой прохожий, увидев такие цены в закусочной Шасянь сяочи, станет делать заказ?

Даже если заглянут богатые люди, они с высокой вероятностью не захотят переплачивать: деньги у них есть, но они ведь не дураки.

А кто-нибудь с горячим нравом и вовсе мог подать жалобу, обвинив его в намеренном завышении цен.

Но и самовольно снизить цену он не мог.

Система четко указала: все блюда должны продаваться строго по фиксированной цене, максимум разрешалось сбросить мелкую сдачу.

Но толку-то от округления копеек — все равно слишком дорого.

Ли Чжибай долго думал и лишь с трудом выродил одну паршивую идейку.

Он открыл телефон, поискал в сети, нашел типографию и, добавив их контакты, отправил туда макет нового меню.

В дизайне меню он прибег к небольшой хитрости: название каждого блюда напечатал сверхкрупным шрифтом, а цену — шрифтом поменьше, чтобы она как можно меньше бросалась в глаза и не пугала клиентов раньше времени.

К этой уловке, как он замечал, прибегали многие мировые корпорации — например, на рекламных баннерах маркетплейсов любят писать крупными буквами «Скидки от 90%», а само слово «от» делают мелким, словно муравей. Или же выносят всякие отказы от ответственности в самый низ неразличимым для глаза мелким шрифтом — сплошное бесстыдство.