Бюро урегулирования снов

─ Это пространство – кокон Чэнь Мо, ─ обвела взглядом помещение Лу Цзяньвэй.

Каждая записка со словом «дождь» на стене являлась обломком эмоции, собственноручно вогнанным туда Чэнь Мо. Кокон невелик, но невероятно устойчив, вложенный в самый низ коллективного сна. ─ Он оставил здесь самые чистые воспоминания, ожидая, пока ты войдешь. Войти можешь только ты, потому что ты – единственный человек, проводивший его в тот дождливый день до медпункта. Он оставил для тебя дверь.

Цяо Шуан молча шагнула в угол и подобрала тот одинокий ботинок.

На подошве застыл слой желтой глины, похожий на закристаллизовавшееся прошлое. Сбросив собственный ботинок, она сжала в ладони обувь Чэнь Мо и принялась ее вертеть.

Затем заговорила – так тихо, будто боялась сдуть со стен записки.

─ В день, когда он переводился, я ведь пришла на крышу. Издалека, встала у водокачки. Он меня не заметил. Стоял один у перил, подставляя ладони под дождь. Дождь тогда моросил слабый, его форма даже не промокла. Он стоял очень долго, словно кого-то ждал. Потом ушел, и с тех пор я его больше не видела. Я все думала: стоя под дождем, он ждал меня?

Лу Цзяньвэй не прерывала ее, зная, что Цяо Шуан необходимо выговориться.

Слова эти удерживались внутри три года, холодные и бесконечные, как ночи, проведенные Чэнь Мо взаперти на крыше.

─ Только вчера, открыв сон, я снова увидела его на крыше. Он стоял под дождем, но одежда была сухой. Он сказал мне: «Тебе не следовало приходить». Я ответила, что должна была. А он: «Тогда оставайся, не уходи». Я знала, что он не удерживает меня – он предупреждал: если я зайду сюда, то, возможно, уже не выберусь.

Взгляд Лу Цзяньвэй упал на медное кольцо на запястье Цяо Шуан: украшение светилось, разгораясь все ярче, словно пробужденное здешним воздухом. На внутренней стороне кольца тоже имелись надписи, только Цяо Шуан никогда в них не вглядывалась.

Лу Цзяньвэй попросила ее снять кольцо и протянула девушке, призывая присмотреться. Поднеся вещицу вплотную к записке со словами «спокойной ночи», Цяо Шуан наконец разобрала выбитый изнутри текст.

То была не дата, а вопрос: «Цяо Шуан, если дождь действительно не кончится, придешь ли ты составить мне компанию?»

Слеза Цяо Шуан упала на металл, издав едва слышный звук. Стоило капле сорваться, как записки на стене разом зашевелились, словно порыв ветра пронесся над каждым днем.

Следом иероглифы «дождь» на всех бумажках засияли мягким, тускло-золотым светом.

В мгновение ока пространство вокруг осветилось, как днем.

─ Он спрашивал тебя, ─ спокойно и весомо произнесла Лу Цзяньвэй.

─ Не для того, чтобы ты ответила прямо сейчас, просто в момент, когда ты принесла сюда это кольцо, ответ уже существовал. Желаешь погасить сон – придется вывести Чэнь Мо из этого кокона, но не стирая его воспоминания и тем более не убивая во второй раз. Нужно заставить его «остановиться». Дать ему понять: этот дождь мочил его три года, пора бы и прекратиться.

Цяо Шуан посмотрела на сияющие по всей стене записки, затем на зажатый в руке ботинок и кольцо. И медленно, с усилием кивнула.