Рейдеры Сопряжения

— Думай, думай, думай..! — зажмурившись, юноша стал лупить себя по лбу, едва не срываясь на крик от отчаяния.

Взгляд проскользил по крошечной комнате. Куча картона, матрац, укромная выемка в стене, стол. Айна при всем желании не могла бы создать впечатление успешного рейдера при такой композиции.

Февраль вдруг бросился к столу. Его лицо исказила жуткая улыбка маньяка, напавшего на след своей жертвы. Идея, простая до смеха, но завершающая его отвратительный в своей основе план.

Ящики стола были вырваны, разбросаны по всей комнате. Он искал среди них всего одну вещь, один элемент ежедневной рутины почти любой девушки возраста Айны.

— Если он дорогой, я заранее извиняюсь. — усмехнулся юноша, поднимая закатившийся под стол фломастер для подводки.

Поставив на стол небольшое зеркальце, он вытащил из кармана распечатку с картой своей монады. Узор крошечный, сложный, но повторять его в точности не было смысла. Достаточно было лишь запутать манбикеров, а дальше уже вопрос того, как он сможет показать себя в конфликте.

Юноша стал кропотливо, старательно наносить отпечатки узора своей монады на точки, обозначенные на карте. Такой же узор, какой был на теле червя, в которое его посадили. Логика была простая — если в червя можно подселиться, нарисовав на нем нужную схему, то отчего бы не поступить так же с другим телом? Клоны Гомон были подтверждением тому, что его теория имеет место быть, люди Сопряжения выращивали себе запасные тела на случай болезни, безвременной кончины или просто ради развлечения. Значит, он мог бы поступить так же.

Нанеся на лоб последний виток кривоватого, немного смазанного узора, Февраль повертел головой, словно пытаясь удостовериться в том, что в его поделку можно поверить. Акупунктурные точки, по крайней мере, легли ровно, по прямой линии от лба до низа живота, и, в теории, если не присматриваться, их можно было бы принять за настоящий узор для переноса сознания.

Наконец, схватив рваный противогаз и сунув под куртку обрез, юноша быстрым шагом двинулся наверх, к крепости манбикеров, собранной из грузовых контейнеров. Его руки дрожали от волнения, ладони были липкими от пота, пока взгляд нетерпеливо следил за сменяющимися цифрами этажей. Сердце гулко ухало в груди, подгоняемое адреналином без кофе и энергетиков.

Наверху, на крышах бетонных громадин, завывал прохладный ветер. В Сопряжении тоже была погода, но гораздо более предсказуемая, чем на Земле. Железный лес телеантенн улавливал сигналы местного телевидения, жители Шаньжоу жались по углам крохотных квартирок, слушая репортаж о планирующемся сбросе давления. Скоро улицы опустеют, даже самые жалкие и опустившиеся на дно представители местного общества найдут себе укрытие.

Прожекторы на стене включились почти синхронно. От яркого света Февраль зажмурился, прикрыл глаза ладонью. Он чувствовал, будто бы стоит под светом софитов, и в каком-то смысле это было правдой — ему предстояло самое грандиозное выступление в его жизни.

— Оружие оставишь на входе, — прозвучал приказ из громкоговорителя. — Пойдешь прямо к барону, никуда не сворачивай и не крути башкой. Понял?