Рейдеры Сопряжения

Глава 11: Вонзая нож в спину

Табачный дым закручивался в витиеватые спирали под самым потолком комнаты, переливаясь голубовато-серыми пятнами краски в неподвижном воздухе. Здесь было холодно, а гаввахом было пропитано все, на что мог упасть взгляд — стены, потолок, даже восточные ковры, коими был застлан пол.

Внешне Барон, как всегда, был спокоен, но Матис достаточно хорошо его знал, чтобы понять, что грядет буря. Мужчина медленно потягивал дым из длинной трубки кальяна, развалившись на коврах и подушках, в руке он держал револьвер с резной белой рукоятью, большим пальцем раз за разом прокручивал барабан.

— Ты так и не рассказал как ты этому научился, — вздохнул Барон, медленно подняв взгляд на сидящего напротив чернокожего мужчину.

Матис улыбнулся, медленно качнул головой. Деревянные бусины в его дредах приятно постукивали друг о друга, когда он быстрыми движениями рук перемешивал колоду карт.

— Господь забрал у меня прошлое, но позволил видеть будущее, — протянул он своим низким, бархатистым голосом. — Может, впрочем, это и не от него.

Барон усмехнулся, сжал зубами мундштук, затянулся. Закрыв глаза, он выпустил очередное облако дыма через нос.

— Скажи мне кто он, — лениво, как кот, потянувшись, тихо приказал он. — Что мне нужно знать?

— Как знал, что ты не за обычным гаданием меня позвал, — улыбнулся Матис. — Почему он тебя так беспокоит?

Барон нахмурился, резко защелкнул барабан револьвера. Матис, услышав и увидев это, замер, перестав касаться карт, взглянул лидеру в глаза. Он прищурил ярко-голубые глаза, пытаясь понять, о чем же думает главный из местного клана манбикеров, что именно его тревожит. Впрочем, тот дал ответ сам, решив, что глупо скрывать свое беспокойство от единственного авгура в клане.

— Он выставил меня идиотом. Обычный gadjo, этот… Жалкий инвалид. Я не могу понять как у него получилось!

Матис медленно, с пониманием, кивнул. В последний раз подбив колоду карт в руках, он вытянул пять верхних, разложив четыре из них по парам, сверху вниз, а над ними расположив еще одну.

— Карты для таких вопросов не нужны. Впрочем… Посмотрим. — почти прошептал он, переворачивая верхнюю.

На самом верху оказалась пятерка пентаклей. Увидев калеку и нищего, нарисованных на карте, Барон усмехнулся, в очередной раз прикусил мундштук.

— Я бы на твоем месте так не радовался, — покачал головой Матис, загадочно улыбаясь. — Это лишь то, что лежит на поверхности. Самый первый слой, его связь с миром людей. Он — никто. У него никого и ничего нет. У нас, например, нет дома, но есть наши кланы. У него нет вообще ничего.

— Прекрасно. Значит, никто…

— Не перебивай, — Матис не дал прервать свою речь. Барон нахмурился, но все же замолчал. — Это значит, что ему нечего терять. И некого. Нет у этого парня ничего, чем бы он дорожил.

Улыбка плавно исчезала с лица лидера манбикерского клана, оставляя место глубокой задумчивости. Матис перевернул две карты в сердце расклада. Увидев, что говорят карты про Февраля, темнокожий мужчина присвистнул.

— Пятерка жезлов и девятка мечей, — вздохнул он. — Это, Барон, то, что им движет. То, из-за чего он еще не сдался.