Рейдеры Сопряжения

— П-проваливай! — выкрикнул мальчик, вскинув пистолет повыше. — Прочь!

Февраль медленно поднял руки. Сделал шаг вперед. В конце концов, ему нечего терять, он вернется в свое тело, а вот они могут и не выжить, если им сейчас не помочь.

— Тише… — прохрипел он на русском, а затем повторил на Анешурратском: — Я. Нет. Опасность.

— Прочь я сказал! — еще громче выкрикнул малец, размахивая оружием перед Февралем.

Учительница молчала. От шока она не могла проронить ни слова, да и если бы она была в норме, то тоже вряд ли бы нашла что сказать. С одной стороны — сейчас ее ученик встает на защиту младших, как и подобает офицеру. С другой — он рискует, казалось, понапрасну.

— Нет, — тихо ответил Февраль, делая еще шаг. — Оружие. Нет. Опасность — нет.

Мальчик взвел курок. Февраль резко бросился к нему, мощным хлопком ладони выбивая оружие у него из рук. Ребенок вскрикнул, пошатнулся, упал спиной вперед. Арлетта бросилась к нему, закрывая его своим телом от вторженца.

— Нет, не надо! Умоляю! Не надо! — закричала она, захлебываясь в слезах. — Умоляю вас! Прошу!

Февраль сжал отобранный пистолет в руке, покрутил его перед лицом. Найдя кнопку, он выбросил обойму из рукояти, убрал ее себе в карман, затем передернул затвор, выбрасывая патрон из патронника, оставляя от оружия лишь бесполезную без боеприпасов механическую оболочку. Взявшись двумя пальцами за дуло, он протянул пистолет обратно юноше.

— Нет опасность. Помощь.

Учительница, как и ее старший воспитанник, смотрели на окровавленную фигуру взглядами, полными непонимания и опаски. И она, и он молчали, никто не понимал что происходит и что теперь делать. Но все же мальчик протянул руку, взялся за рукоятку пистолета, убрал его обратно в табельную кобуру на поясе.

— Идти, — Февраль махнул рукой, призывая всех идти за ним. — Идти я. Идти помощь.

— Госпожа Арлетта, а мы пойдем за монстром? — подал голосок один из младших мальчиков.

— Я не знаю… — дрожащим голосом произнесла женщина. — Дети… Вставайте скорее.

— Идти! — повторил уже громче Февраль. Задерживаться было нельзя. — Идти, идти! Идти помощь! Опасность рядом!

Арлетта взяла себя в руки, поднялась с пола. Она стала спешно собирать детей вокруг себя — всего шесть человек, включая ее саму. Февраль не хотел думать о том, что случилось с остальными — он, стиснув зубы от боли, повел их наружу, прочь из темного бункера.

Поднимаясь по лестнице, ему пришлось крепко держаться за металлические поручни. Кровопотеря, по виду, не была серьезной, но сломанные ребра давали о себе знать. Скорее всего, открылось внутреннее кровотечение, и от отца Февраль знал, что с таким долго не живут.

— Госпожа Арлетта, оно, кажется, ранено, — заметил старший мальчик. — Монстру больно.

— Не говори глупостей, шагай скорее!

Лестница вела к закрытой изнутри тяжелой, металлической двери. Февраль навалился всем телом на вентиль запорного механизма, попытался отпереть, но силы покидали его. Он тяжело вздохнул, вытащил из рюкзака аптечку, протянул ее женщине с коротким, но понятным вопросом:

— Помощь?