Рейдеры Сопряжения

— Матис… — вздохнул молодой вожак, нервно затягиваясь едким дымом кальяна. — Ты все еще мне верен?

— Как и всегда, шеф. — кивнул в ответ темнокожий.

— Найди ее. Мне плевать что ты сделаешь с этим психом, только найди Айну. Понял?

Он вытащил из сейфа небольшое устройство с экраном. Матис взял его в руки, включил. На дисплее, на самом его краю, появилась зеленая точка, ведущая куда-то прочь, в Шаньжоу.

— Не подведи меня.

***

— …составляет семьсот восемьдесят три миллиметра ртутного столба. Сброс давления продлится до восьми часов вечера по стандартному времени, а затем ожидается выпадение осадков, которое закончится во вторник.

Толстый, старый ЭЛТ-телевизор был единственным, что освещало потрепанную комнату старого отеля. Лампочка под потолком была черной, давно уже перегорела, и только огромный вентилятор медленно, лениво крутился, гоняя по комнате душный, влажный воздух.

Февраль медленно открыл глаза, сконфуженно оглядываясь. Было тихо, на удивление спокойно — роскошь, какая до сих пор не попадалась ему в этом странном мире. За закрытым окном завывал ветер, не было видно ничего, кроме облаков пыли и мусора, взметающихся в воздух между высотными зданиями.

Он попытался приподняться на локтях, но ослабшее от бесконечной беготни тело отказывалось слушаться, мышцы были ватные, его пробирала дрожь. Коротко вздохнув, он упал обратно на кровать, стиснув зубы от ощущения собственного бессилия.

— Прости, я должна порадоваться, но сейчас немного… Сука… Не до этого, — голос Айны, прозвучавший в окутывающим комфортом полумраке, звучал сейчас как самая лучшая колыбельная. — Погоди немного, я тут еды притаранила, сейчас…

Юноша взял волю в кулак, и все таки смог хотя бы приподнять голову, оглядеться. Айна сидела прямо перед телевизором, обнаженная по пояс. В одной руке она держала небольшое женское зеркальце, а во второй — нож, острием которого пыталась достать до своей обнаженной спины. Выглядела она разбито, устало, на запястьях синяки и запекшаяся кровь, губы искусаны, округлая грудь вздымается нервно, рвано.

Увидев, как его подруга раз за разом наносит себе мелкие порезы, Февраль сжал кулаки, застонал, поднимаясь с постели. Шатающейся походкой он попытался подойти к Айне, но ноги онемели, не слушались, и он упал перед ней на колени. Девушка взглянула на него сверху вниз, горько ухмыльнулась, ее рука с ножом медленно опустилась.

— Ты чего творишь? — хрипло спросил Февраль.

— Да как бы… Руки у тебя дрожат?

— Ну, так.

— Ладно, смотри, — Айна вложила нож в руки Февраля. Потянулась пальцами к левой лопатке. — Пощупай. Чувствуешь, хрень такая под кожей?

Он прикоснулся к ее спине, на пальцах остались капли свежей крови. Проведя ими по горячей коже девушки, он нащупал под лопаткой уплотнение, совсем небольшое, около пяти миллиметров, продолговатое и неестественное.

— Короче, гандоны вживили мне маячок, — она прикусила губу, поморщившись. — И за нами до сих пор не пришли только потому, что на улице атас творится.

Февраль снова рефлекторно взглянул на окно. Там, за стеной, бушевал ветер, бросая в воздух мусор, мелкие осколки бетона, пыль. Старый стеклопакет дрожал под напором стихии, пластик тихо скрипел и постукивал, когда очередной порыв ветра ударил в здание.