Странные истории Банвольданга

Господина То перекосило — то ли смеяться, то ли плакать. Он беззвучно шевельнул губами и наконец выдавил:

— Да ведь это тоска смертная…

— Ого. А вы неожиданно совестливый.

— Чего?! «Неожиданно»?! Совсем страх потерял?

— Тушечницу-то опустите! Сначала деньги возьмите за товар. Доставку ведь лавка оплатит, верно?

Вышедшая на шум Хыгё удивлённо округлила глаза. Близнецы переглянулись и, словно сговорившись, бросились в заднюю часть дома. Ю Дан, боясь отстать, поспешил за ними. Миновав череду пустых комнат, он вышел в сад.

Задний двор оказался очень просторным. Небольшой пруд со всех сторон обступали вековые деревья в несколько обхватов, создавая совершенно иную атмосферу, чем у входа.

На старом деревянном полу открытой веранды под высоко поднятыми створчатыми дверями, служившими подобием навеса, сидел одетый во всё белое лис-ёкай. Он о чём-то задумался, глядя на гладь пруда, но, услышав шаги, медленно обернулся.

А затем прищурился.

— Что?..

Побледневший Чхэу выкрикнул:

— Ну вот, я же говорил! Не надо было бросаться словами вроде «деньги на дороге не валяются». Он же всё понял буквально и явился сюда с круглой суммой!

Господин То, пересчитывавший деньги, смущённо кашлянул.

— Да ладно тебе, что уж там…

— Но старшекласснику ни за что не достать такую кучу денег — целый миллион вон!

Чхэсоль побелела как полотно и пробормотала:

— Это всё из-за того, что аджосси наговорил глупостей. Откуда у школьника без гроша за душой выбор? Он наверняка пошёл в то самое место и продал её! Сбросил грамм сто, и из пары осталась только одна! Откажет вторая — пиши пропало. Нельзя давать ему соль!

— Да не продавал я почку!

Ю Дан вскричал, опешив от таких слов.

— Кто станет продавать почку ради журнала по восточной живописи?! Эти деньги отдал ёкай, у которого была бусина проклятья! Всё равно ведь пришлось бы пустить их на помощь малоимущим или что-то вроде того.

— Это кто тут малоимущий?!

Хыгё с грохотом топнула ногой и завопила:

— А, я совсем не то имел в виду…

— Что значит «не то»?! Думаешь, раз наша лавка слегка в убытке, нас можно презирать? Братец! Не бери эти деньги!

— Да брось ты, зачем охлаждать пыл молодого господина к чтению?

— Братец! Мне что, непременно нужно обнажить меч?

Все загомонили наперебой, подняв невообразимый шум. Но стоило лису-ёкаю открыть рот, как вокруг, словно по волшебству, воцарилась тишина.

— Я, кажется, ясно выразился. Возвращайтесь в свой мир.

В его голосе по-прежнему не было и крупицы чувств. И этот пристальный, нечитаемый взгляд оставался столь же бесстрастным. Но во второй раз Ю Дан оробел уже не так сильно.

— Я же сказал: я терпеть не могу лишние хлопоты.

Ю Дан прямо встретил взгляд Пэк Рана.

— Но ещё больше я ненавижу, когда в мире безнаказанно буйствует всякая дрянь. В конце концов, вся жизнь состоит из сплошных неприятностей. Приходится выбирать меньшее из зол. Умирать раньше времени мне не хочется, так что, пока терпимо, я попытаюсь терпеть… Но если уж станет совсем невмоготу, можно просто прийти сюда.

— А кто вам разрешил?

— Но у меня ведь тоже есть один талант. Не слушать то, что говорят другие.