Белый призрак: Кто встал на пути — падёт

Бам! — носок ботинка угодил в пустой песок.

А Яи тем временем перевернулся и сел, чуть приподняв голову и глядя на Ша Куя, продолжая тяжело дышать открытым ртом.

— Чё уставился? — поймав на себе тяжелый взгляд, Ша Куй с вызовом зыркнул на него и саданул ногой в живот.

— Ух. — Тело Яи пробила дрожь, он уперся конечностями в землю и резко вскочил, издав звериный, полный ярости рык.

— Чего? Всё еще недоволен? — взвизгнул один из шедших за Ша Куем парней, ткнул в Яи пальцем и тоже бросился вперед, норовя пнуть.

— Убить! — В голове у Яи словно что-то качнулось, и губы бессознательно выронили это слово. Подстраиваясь под летящий в него удар, Яи легко скользнул назад на полметра и тут же стремительно ринулся обратно.

Парень, нацелившийся ударом, опешил от того, как молниеносно Яи сократил дистанцию — в мгновение ока их лица оказались едва ли не вплотную друг к другу. Тот попытался отшатнуться, но было уже поздно.

Никакого оружия — лишь ногти, отросшие на кончиках пальцев. Но там, где они проносились, оставались глубокие кровавые борозды.

Дикий крик пронзил воздух, мгновенно привлекая внимание всех на плацу. Яи стоял на месте, опустив руки. С кончиков пальцев капля за каплей стекала кровь, падая на поверженного человека, который теперь лежал без движения.

— Ты… ты, мать твою, я сегодня прикончу тебя! — Видя падение товарища, Ша Куй взревел от прихлынувшей ярости и бросился на Яи.

— Убить! — Словно рябь по воде, рассудок Яи снова качнуло. Тело инстинктивно отпрыгнуло назад, а затем закружилось вокруг Ша Куя в бешеном хороводе.

— А-а-аргх, не убегай, мать твою, стой! Я сегодня вырежу тебя! — По скорости Ша Куй не поспевал за Яи и близко. Пробегав с полминуты и так и не поймав даже тени противника, он дошел до точки кипения.

Яи тоже остановился: от резкого торможения его подошвы пропахали в песке две глубокие бороздки.

Они замерли друг напротив друга в нескольких метрах. В глазах Ша Куя пылал огонь ярости, во взоре же Яи сквозила ледяная, абсолютная жажда убийства.

— Жажда убийства? — с криком изумления Йеру вскочил на ноги. Замерли и несколько старших новобранцев, отдыхавших в тени под навесом.

Жажда убийства. Густая, удушающая.

— Этот сопляк удумал чего-то неладное? — Глаза Йеру сузились, в груди шевельнлось дурное предчувствие, и он зашагал с плетью наперерез к Яи и Ша Кую.

— Ха… ха… ха… Сдохни! — задыхаясь и чувствуя леденящую кровь ауру от Яи, Ша Куй испытал не страх, а лишь удесятеренную злобу. Больше ни о чем не думая, он безумным зверем бросился вперед.

Одновременно с ним двинулся и Яи. Сначала отскочил назад, а затем рванул наперерез. Скорость Яи была явно выше: хотя на жаре в голове слегка поколачивало, для стороннего наблюдателя Яи казался лишь едва заметной белой тенью.

— Стоять! — заорал Йеру, взмахнув хлыстом в пространство между ними, но удар пришелся не по мальчишкам — его перехватил третий.

Шлёп. Плеть, способная рассечь железный лист, опустилась на широкую спину, не оставив даже следа. Мальчишка, казалось, состоявший из одних лишь мышц, встал между Ша Куем и Яи: одной рукой он приподнял Ша Куя над землей, а ладонью другой руки преградил путь Яи.