Белый призрак: Кто встал на пути — падёт

Ночь уже вошла в свои права, взошла луна, и время незаметно ускользало от людских глаз.

— И это то, что называют судьбой? — Тяньжэнь поднялся на ноги и легко взмахнул зажатой в руке травинкой — мягкий стебелек мгновенно затвердел, превратившись в стальную иголку.

— Ха, ты что, веришь в эту чушь? — Биологические часы Грешника, казалось, работали точно так же, как у Тяньжэня: спал днем, бодрствовал ночью.

— Дело не в вере, я просто почувствовал это, — легко улыбнулся Тяньжэнь. — Разве ты явился сюда не потому, что тоже ощутил веление судьбы?

— Я? Хм, если рассуждать так, то пожалуй да, но с другой стороны — и нет, — протянул Грешник и снова рухнул навзничь, заложив руки за голову. — В мире вечно находится что-то завораживающее. Меня волнует лишь то, кто же дергает за ниточки за кулисами всей этой магии. Действительно ли то, что так дурманит людям взоры, прекрасно само по себе? И впрямь ли за этой красотой кроется истинное благо?

— О? Не думал, что ты способен на столь глубокие мысли, — неожиданно вмешался Книжник.

— Ого, а я уж думал, ты заснул. Что такое? Если такая красавица, как ты, не выспится, это ведь пагубно скажется на внешности, — с усмешкой бросил Грешник.

— Из-за кое-кого мне в последние дни почти не доводилось двигаться, так что пара бессонных ночей мне ничем не грозит, — холодно ответил Книжник, ни капли не задетый тоном собеседника.

Пристально глядя на Книжника — так пристально, что того уже начало коробить, — Тяньжэнь вдруг произнес:

— Скажи, ты ведь не специально проснулся, чтобы смотреть, как я обустраиваю камеру?

— Тьфу! — Книжник отвернулся и зарылся лицом в постель. — Сдалось мне на тебя пялиться! Спать ложись.

— Чего это ты вдруг как застенчивая девчонка, — хихикнул Грешник.

Книжник хранил упорное молчание.

— Сегодня звезды кажутся особенно яркими, — Тяньжэнь взглянул на небо сквозь узкую щель, пусть в поле зрения и попадала всего одна полоска.

— Вот как? — небрежно бросил Грешник. С его места разглядеть ночное небо было невозможно.

— Угу, звезды яркие, а вот луны не видно. Но ведь сегодня не ночь скрытой луны, когда луна исчезает с небосвода. В последнее время с ней творится что-то странное, она больше не следует прежним законам. Неужели Лунная Богиня гневается? — мягко проговорил Тяньжэнь.

— Эй, полегче, полегче! Конечно, мы на самом краю запада, но болтать такое в пределах владений Храма Верховного Бога — себе дороже, — Грешник перевернулся набок, прижался спиной к отсыревшей стене и понизил голос до беспрецедентно мрачного шепота.

— Подумаешь. А впрочем, ладно, — Тяньжэнь пожал плечами, легко улыбнулся, бросил взгляд на Яду, спавшего под кроватью, и нырнул в ворох соломы.

Сам Яда спал крепким сном. Целый день тренировок вымотал его до предела, но даже сильнейшая усталость не могла помешать кому-то вторгаться в его сны.

— Черноволосый демон? Как его зовут? — во сне Яда смотрел на бегущую фигуру и размышлял про себя. У уила он успел заметить лишь обрывки записей на пергаменте, но относились ли те строки к тому пареньку, он до конца был не уверен.