Чайная на перекрестке миров

Юй Чжи невольно шагнул вперед, провалился в пустоту и шмякнулся носом в грязь. Только тогда Юй Чжи пришел в себя: вокруг царило запустение, доски на полу во многих местах сгнили и легко ломались от каждого шага, то тут, то там пробегали крупные крысы, а на стенах вместо хрустальных люстр висели паутины, и всё вокруг было разбито и разрушено. Юй Чжи снова поднял голову и посмотрел на свое отражение в зеркале, почесал затылок — отражение в зеркале тоже почесало затылок.

Неужели это и вправду зеркало? Если это не зеркало, то почему оно отражает его самого? И почему между тем, что внутри зеркала, и тем, что снаружи, такая огромная разница? Это потрясло самые основы мировоззрения Юй Чжи.

Юй Чжи шагнул вперед, желая во всем разобраться, и отражение в зеркале тоже шагнуло вперед. Они так и замерли лицом к лицу. Долгое время спустя Юй Чжи протянул палец, чтобы коснуться зеркала, и отражение тоже протянуло палец — их кончики соприкоснулись.

Вдруг уголок глаза отражения Юй Чжи дрогнул, и на лице мелькнула зловещая усмешка. Лицо Юй Чжи снаружи исказилось от ужаса, но было уже поздно отдернуть палец: ему показалось, что перед глазами мелькнула вспышка белого света.

Инь и ян поменялись местами, небо и земля перевернулись.

Зеркало и реальность поменялись местами, и Юй Чжи оказался заперт внутри.

— Бух-бух-бух!

Юй Чжи сжал руки в кулаки и отчаянно заколотил по зеркальной поверхности. Он видел, как поддельный Юй Чжи ухмыльнулся уголкам губ, злобно улыбнулся ему, слегка шевельнул губами и повернулся, уходя прочь.

Оказавшийся в зеркале Юй Чжи увидел, как со второго этажа спускается Ли Мэн и обращается к фальшивке:

— Братуха, ты чего застрял? Давай быстрее наверх, толстяк нашел кое-что стоящее.

Запертому в зеркале Юй Чжи оставалось только беспомощно вздыхать: ни удары огненными шарами, ни рассечение молниями, ни рубящие удары Мечом из Персикового Дерева не возымели ни малейшего эффекта. Юй Чжи заставил себя успокоиться и подумал: в мире не бывает неразрушимых барьеров, здесь наверняка кроется какой-то механизм.

Он тут же принялся осматривать комнату, но, оглядев всё вокруг, ничего не нашел. Охваченный раздражением, Юй Чжи не выдержал и захотел дать выход накопившейся злости.

Он тут же задействовал всю духовную энергию и принялся яростно размахивать мечом. В одно мгновение воздух вокруг словно воспламенился. Юй Чжи был сам не свой от тревоги, его ци была мутной, а движения меча — хаотичными. Из-за того, что многие приемы применялись силой, потоки энергии в его теле заметались повсюду, словно сорвавшиеся с привязи лошади, став дикими и буйными, отчего меридианы начали глухо ныть. У Юй Чжи вздулись вены, лицо покраснело, кровь закипела — всё это предвещало впадение в демоническое исступление.

— А-а-а!

Юй Чжи нанес еще несколько диких, несравненно яростных ударов мечом, и одна из люстр сорвалась вниз.

— Брэнсь!

Внезапно в море сознания Юй Чжи мелькнула капля ясности, а в то же время от Нефритовой подвески «Два рыбы» на груди повеяло прохладой. Юй Чжи тут же остановил атаку, унимая бушующую в теле духовную энергию. В этой комнате наверняка был спрятан какой-то гипнотический массив, который делал людей раздражительными и злыми, приводя к потере рассудка. Какая же изощренная уловка! Раз уж после случайного падения люстры сознание немного прояснилось, нужно разбить все остальные люстры — глядишь, и удасться выбраться.