День и ночь

— Хорошо, — кивнул Хуэй Лэн.

Он подхватил Мин Цзинэр на руки и спустился с крыши, отвязал веревку, которой был привязан Горный Брат, и Мин Цзинэр взяла его за поводок. Тайком выскользнув через боковую калитку — Фан Цзинвэня тоже не было на месте, — они благополучно выбрались на улицу.

Всюду вокруг раздавались радостные возгласы, на улицах то тут, то там виднелись свободно танцующие люди, а по обеим сторонам дороги рядами выстроились лотки с закусками — хозяева в один голос зазывали прохожих, выкрикивая, что сегодня всё бесплатно.

Мин Цзинэр в левой руке держала шашлык из мяса черного верблюда, в правой — связку засахаренных фруктов на шпажке, а рот у нее был набит до отказа, совсем как у маленького хомячка. Она даже не успевала держать веревку Горного Брата и была вынуждена перебросить ее в руку Хуэй Лэна. Поначалу Горный Брат немного упирался, но под свирепым взглядом Мин Цзинэр всё же сдался.

Непонятно почему, но Горный Брат, обладающий силой грозных Пяти Кругов, так беспрекословно подчинялся Мин Цзинэр.

— Ешь медленнее, — в руке у Хуэй Лэна оставался молочный чай с топлёным маслом, который Мин Цзинэр заказала чуть раньше. Хозяин лавки приготовил его на воде из Матери-Источника, и он еще не остыл.

Шаг за шагом двое детей и зверь дошли до той самой улицы, по которой Хуэй Лэн проходил, когда только вошел в Шочжоу, и увидели почти погибшее дерево тенистой луны. На остальных деревьях огоньки горели вовсю, и лишь оно свесило свои фонарики. Подойдя ближе, они заметили, что на ветках проклюнулись новые побеги — капелька зеленой надежды прорвала путы.

Хуэй Лэн подошел, погладил ствол дерева и полил его припасенной водой из Матери-Источника. Молодые побеги чуть затрепетали, словно почувствовав это.

Вдруг послышался торопливый голос Мин Цзинэр:

— Брат Лэн! Быстрее, у городских ворот представление начинается!

— Иду, иду! — Хуэй Лэн побежал легким, пружинистым шагом.

На этой улице была пустая площадка, вся покрытая следами ожогов — там находился дом дяди Ли. Дэн Юнь стоял неподалеку, погруженный в молчание.

— Эй, Дэн Юнь! — поприветствовал его Хуэй Лэн. — За городом дают представление, пойдем посмотрим вместе!

Глядя на резвящуюся альпаку впереди и девочку, которая вела ее за поводок, Дэн Юнь улыбнулся.

— Хорошо, пошли, — Дэн Юнь прижал к груди свой меч, и его нахмуренные брови постепенно разгладились.

Представление изображало битву городского главы со Святым, Жаждущим Крови. На специально сколоченной сцене рассказчик вел повествование — это была свежая переделка недавних событий. Жители смотрели на это на одном дыхании, сгорающие от жажды разорвать Святого, Жаждущего Крови, в клочья.

Хуэй Лэн и остальные уселись кружком прямо на песчаной земле, не думая ни о чем — вокруг были лишь радостные песни, смех да исходившее от друзей тепло.

Представление затянулось до поздна. Попрощавшись с Дэн Юнем, они вернулись в резиденцию городского главы и легли спать полностью довольные.

Глава девяносто девятая. Указ Шочжоу

Десятидневный срок истек, и долго молчавший массив перемещения Срединных Земель внезапно вспыхнул. Это был первый позитивный отклик из Срединных Земель за весь месяц карантина в Шочжоу.