Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН)

Какого черта?! — вырвалось у него в чат сообщение, полное искреннего ужаса.Профессор Тан?Остальные зрители еще не поняли, из-за чего у студента случилась истерика, как кто-то услужливо скинул в чат ссылку на энциклопедическую статью.Кликнув по ней, тысячи людей впали в ступор.Перед ними красовалось внушительное досье:«Тан Цишэн. Двойной постдокторант исторических и археологических наук Пекинского университета. Получатель специальной государственной стипендии за выдающиеся заслуги. Руководитель десятков государственных археологических экспедиций. Признанный эксперт и реставратор национального масштаба…»Список его регалий и титулов был настолько длинным, что вызывал инстинктивное желание встать по стойке смирно и отдать честь экрану монитора.И этот небожитель от науки, едва появившись в эфире, произнес фразу, от которой у всех присутствующих волосы встали дыбом:— Господин Нин… Боже милостивый… этот сосуд — это же национальное достояние!

— Какая роскошь! — не выдержали даже самые закоренелые скептики в чате.

Чтобы распознать в этой вещи шедевр, не нужно было быть академиком. Совершенство форм и цвета говорило само за себя. Оставалось лишь услышать вердикт Мастера Нина о ее подлинности и цене.

Нин Фань не стал разочаровывать публику.

— Великолепный экземпляр, — с ноткой искреннего восхищения в голосе произнес он. — Перед нами подлинная селадоновая чайная чаша с лотосовой подставкой, покрытая зеленой глазурью. Эпоха — династия Тан. Судя по специфическому, глубокому оттенку — это несомненная работа легендарных мастеров Печи Юэ. За границей такой уникальный цвет поэтично называют «Снежная орхидея». Поистине, завораживающая красота!

— Обратите внимание, друзья: стенки этой пиалы невероятно тонкие, почти невесомые, а глазурь нанесена настолько равномерно, что чаша буквально просвечивает насквозь! — Нин Фань говорил увлеченно, как настоящий знаток. — Дружище, будь добр, переверни ее вверх дном. Дай взглянуть на основание.

«Счастливая Жизнь» послушно перевернул бесценный артефакт. На неглазурованном донышке отчетливо виднелись три грубых, шероховатых пятнышка из запекшейся глины.

— Бинго. Средний период династии Тан. Сомнений быть не может, — удовлетворенно кивнул Нин Фань, словно решая сложную математическую задачу.

— Это визитная карточка технологии Печи Юэ той эпохи. Они использовали капсели — саггары, специальные огнеупорные контейнеры для обжига, и эти три точки — следы от огнеупорных прокладок, на которых стояла чаша.

— Причем, — Нин Фань поднял палец вверх, — в начале эпохи Тан эти следы имели форму бобов. В период поздней Тан они стали крошечными, как горошины. А вот эти, похожие на кедровые орешки — явный признак среднего периода!

— Изумительная вещь… Какая жалость, что к ней не сохранилась оригинальная крышка. Была бы крышка — цена улетела бы лет эдак на пять строгача. А в такой комплектации… ну, года три, не больше.

Года три? Пять лет строгача?

Зрители недоуменно заморгали. Они ждали цифр с шестью нулями, а Мастер Нин нес какую-то околесицу про годы!