Случайно раскрыл преступление на стриме, но я всего лишь оценщик сокровищ! Не приносите краденое! (ЗАВЕРШЁН)

Он перевел дыхание и посмотрел прямо в камеру, обращаясь к застывшим на экранах экспертам:

— Ох… уважаемые профессора, вы просто… гм… чересчур…

Нин Фань замялся, подбирая слово, которое бы не звучало прямым оскорблением.

— Чересчур педантичны! — наконец выдал он, удовлетворенно кивнув.

Услышав этот вердикт, тысячи зрителей непонимающе нахмурились.

Разве настоящий ученый не обязан быть педантичным до мозга костей? Разве можно заниматься серьезной наукой без дотошного, кропотливого изучения первоисточников? Неужели прикажете брать переводы с потолка, фантазируя на ходу?

— Поймите меня правильно, друзья, я вовсе не призываю к халатности, — заметив их сомнения, Нин Фань поднял палец. — Но неужели вы никогда не слышали древнюю мудрость?

— «Если безоглядно верить каждой написанной книге, то лучше бы этих книг не существовало вовсе!»

Глава 73

— К чему вы клоните?! — Сюэ Чжэнь больше не мог сдерживать клокочущее раздражение, его брови сошлись на переносице. — Ведущий Нин, если вы сделали какое-то грандиозное открытие, то извольте говорить прямо, без загадок!— Вы же не собираетесь отрицать факты, написанные черным по белому рукой автора?! — возмущенно вторил ему коллега.— Нет-нет-нет, что вы! Я их полностью признаю! — тут же парировал Нин Фань с обезоруживающей улыбкой. — Более того, я не просто признаю написанное, я считаю, что автор этого труда проделал воистину феноменальную работу. Он просто идеально, безукоризненно воссоздал истинное звучание Древних письмен народа Бо!— Я говорю абсолютно серьезно! — добавил он, глядя на опешивших экспертов.Теперь челюсти отвисли не только у Сюэ Чжэня и Сюй Емяня, но и у всех присутствующих на трансляции. В чате воцарился полнейший хаос.Разве только что не было доказано, что транскрипции в книге в корне противоречат тому, что сказал сам Нин Фань? Так почему же он с таким жаром восхваляет идеальную точность этого трактата?!— Мастер Нин, умоляем, хватит играть в загадки!— Да, у нас уже нервы на пределе!— Не томи, выкладывай! — взмолились фанаты, засыпая экран потоком сообщений.Нин Фань пробежался взглядом по бегущим строкам чата и хитро прищурился, уголки его губ поползли вверх.— Знаете, друзья, если бы вы сами не догадались, я бы, пожалуй, так и оставил вас в неведении, — усмехнулся он. Затем его взгляд сфокусировался на окнах с видеозвонком: — Но раз уж двое наших многоуважаемых экспертов посвятили столько лет изучению этого труда, они, без сомнения, должны знать, кто именно его написал, верно?— Еще бы! — Сюй Емянь горделиво выпятил грудь, его глаза блеснули академическим снобизмом. — Ян Цзай! Один из четырех величайших поэтов эпохи Юань. Он занимал высокий пост Редактора в престижной Академии Ханьлинь, где отвечал за составление официальной истории империи. Именно из-под его пера вышли «Истинные записи императора У-цзуна».Профессор вошел в раж, наслаждаясь возможностью блеснуть эрудицией:— Даже великий каллиграф той эпохи, несравненный Чжао Мэнфу, не раз публично восхищался его непревзойденным поэтическим и литературным талантом. Эта книга — плод его личного интереса, труд, за который он взялся исключительно по велению души. В современной науке это один из редчайших, поистине бесценных материалов, позволяющих нам проводить сопоставительный анализ Древних письмен народа Бо с традиционными китайскими иероглифами!— Истинная правда! — Нин Фань так звонко хлопнул в ладоши, что многие зрители вздрогнули. — Великолепные познания!Он выдержал драматическую паузу и, понизив голос, добавил с легким сожалением:— Вот только… вам катастрофически не хватает одной крошечной, но жизненно важной детали.Лицо Сюй Емяня потемнело от гнева. Он потратил последние несколько лет своей жизни, буквально по крупицам исследуя письменность народа Бо. Этот чертов текст с эпитафией он мог процитировать задом наперед, разбуди его посреди ночи! Он ни на секунду не верил, что мог