Забронируй себе похороны

Хань Чучэн поднялась, бережно прижимая к себе подаренный мной жасмин, и ушла. Я проводил её взглядом, поднял чашку с кофе, но обнаружил, что он уже остыл.

И правда, разговоры с этой женщиной заставляют забыть обо всем на свете.

Глава 7

Я сидел в кофейне «Анчэнь», глядя, как снаружи отъезжает «Мазерати», и размышлял над словами, которые только что сказала Хань Чучэн. Погрузившись в свои мысли, я вдруг заметил, что передо мной села женщина и позвала меня по имени.

Я на мгновение опешил, а потом понял, что это Чжу Янь. В отличие от нашей прошлой встречи, сегодня она выглядела очень женственно.

Озадаченно я спросил:

— Когда ты успела войти? Я же всё время смотрел на дверь!

Услышав мой вопрос, Чжу Янь подняла указательный палец, помахала им перед моим носом и пояснила:

— Уточню: ты смотрел на дверь только после того, как та женщина ушла.

— Значит, ты пришла в кофейню очень давно? Ты что, следила за мной?

— Поменьше воображай. Я ждала свою клиентку, жену Сюй Хуэйчана. Сейчас они разводятся, она не в духе, вот и приехала в Танчжоу развеяться. Я планировала вернуться в Юньхай, чтобы закончить там дело, но поездка оказалась пустой, и мне пришлось снова ехать в Танчжоу. Мы договорились встретиться здесь в три часа дня. Я пришла на полчаса раньше и случайно увидела тебя: при параде, в тщательно подобранной одежде, с таким противным заискивающим выражением лица перед красивой женщиной, да еще и с огромным букетом цветов. Даже когда она ушла, ты еще долго провожал её взглядом. Кажется, такое поведение называют…

Я поспешно прервал саркастичные колкости Чжу Янь:

— Стоп! С чего вдруг такой переход на личности? А ты не заметила, что женщина, с которой я разговаривал, тебе знакома? Она одна из четырех подозреваемых, которые были на похоронах.

— Конечно, помню. Та самая женщина с фотографии. Ну, и кто будет дарить огромный букет цветов на допросе подозреваемого? Я поверила твоим сказкам, думала, ты действительно собираешься раскрыть дело.

— Это часть моего плана. Забудь, ты всё равно не поймешь.

Я было хотел объясниться, но вдруг понял, что для Чжу Янь это оправдание вряд ли прозвучит убедительно. Ведь я действительно приготовил для Хань Чучэн цветы. И мне пришлось бы объяснять, как трудно было договориться о встрече, почему именно жасмин помог её выманить — слишком много мороки.

Чжу Янь закатила глаза и с раздражением бросила:

— И не надо мне ничего понимать. Еще называешься детективом, а сам на похоронах клиента клеишь женщин.

Я вздохнул. Раз она не хочет отставать, придется выложить ей кое-что погорячее.

— Она любит твоего отца. И с огромной долей вероятности она была его любовницей.

Глаза Чжу Янь расширились до предела, и она воскликнула голосом на октаву выше обычного:

— Любовницей?!

Заметив, что окружающие стали странно на нас поглядывать, я поспешил попросить её говорить тише, но любопытные взгляды не исчезли.

Я громко заговорил сам с собой:

— В шоу-бизнесе всегда так, мало что ли тайных романов с режиссерами?

Только после этого люди успокоились.

Чжу Янь понизила голос и с удивлением спросила: