Рай для истребителя чудовищ

Выражение лица Толстяка в белых одеждах по-прежнему источало обиду. С кислым и унылым видом он зашагал впереди, ведя всех семерых обратно к парадной двери. Дверь уже отворили, и любой у кого есть глаза мог разглядеть бушующий снаружи ливень.

Толстяк в белых одеждах замер у порога, не выказывая ни малейшего желания выходить наружу, и довольно сухим тоном произнёс:

— Здесь и находится вход в первое испытание. Уважаемые гости, желаю вам удачи.

Мастер Саньмэй, стоявший во главе группы из семи человек, глянул на свирепствующую за дверью непогоду, невольно дёгнул уголком рта и сказал:

— Толстяк, ты часом не сводишь с нами личные счёты? Захватить хотя бы зонт — ума не хватило?

Лицо Толстяка в белых одеждах оставалось невозмутимым, словно колодец без ряби.

— Мастер, цвет — это пустота, пустая форма, ступайте же скорее, — произнёс он.

Саньмэй опешил. Непонятно почему, но глядя на это спокойное, как вода, лицо, он чувствовал недоброе. Тогда он холодно пригрозил:

— Ты ведь знаешь, что бывает с теми, кто меня обманывает, верно?

Толстяк в белых одеждах одарил Саньмэя жутковатым, исполненным горькой обиды взглядом и заунывно проговорил:

— Мастер, мы ведь и раньше вас не обманывали, но участь наша всё равно хуже некуда.

Саньмэй шевельнул губами, но в конце концов ничего больше не сказал. Тяжело вздохнув, он сделал шаг и ступил прямо в дождевые потоки.

К этому моменту казалось, что дождевая вода уже никого не волнует, поэтому остальные гуськом двинулись за Мастером Саньмэй. Дин Сяому шагнул в дождь последним, но прямо перед его глазами произошло нечто чудесное: мало того, что на него не упало ни единой капли, так его ещё и ослепительно ярко осветило солнце, из-за чего он на мгновение почувствовал себя неуютно.

Хотя в комнате тоже горел свет, по сравнению с этим слепящим сиянием он казался не ярче светлячка. Снаружи явно бушевала ночная буря, так почему вдруг воцарился ясный солнечный день? И куда разом подевался тот шквалистый ливень?

Уголки рта Дин Сяому вновь изогнулись в странной улыбке: дождливая ночь в глухой хижине, Парк Охоты на Демонов, шестеро странных древних людей и способный воскресать толстяк — всё это казалось ему совершенно нереальным. Пусть он и не понимал до конца, что происходит, в глубине души он воспринимал это место не иначе как игру.

Подумаешь, храбрец против дракона.

Его глаза постепенно привыкли к обстановке, и, когда он наконец широко открыл их, то обнаружил, что стоит посреди небольшого газона. Вокруг газона тянулась вымощенная каменными плитами дорожка, на которой возвышалось несколько человеческих статуй, вот только стиль этих изваяний никак не вязался с его собственной культурой.

За дорожкой пролегала дорога ещё шире. Дин Сяому потёр глаза и с изумлением разглядел перед собой настоящий асфальтированный четырехполосный проспект. По нему вовсю мчались самые разные машины, среди которых особенно выделялся красный двухэтажный автобус.

За проспектом высились разнообразные высокие здания, и самым величественным из них была часовая башня. Стрелки — часовая и минутная — были видны отчетливо, и, судя по времени, на часах стояло половине девятого утра.