Собирательство у моря: Начал с лопаткой и прибрал к рукам весь пляж

— Охренеть! — А-Хэ не сдержался, когда три луча фонарей скрестились на сетке. Улов внутри был виден как на ладони.

Чжао Цинь резко кашлянул, прерывая его восторги.

— Нашли, что ли? Есть что? — Донесся с высоты голос Старины Ло. Он тоже включил фонарик и направил луч вниз, но с такого расстояния разглядеть что-то в сетке было невозможно.

— Да так, ерунда! Крабиков немного! — Во всё горло отозвался Цинь.

Он выразительно глянул на брата и друга. Те сразу сообразили: богатство любит тишину. — Пропади оно всё, одни каменные крабы! — Подыграл А-Хэ.

— А-Хэ, брось эту вершу вон на те камни и ищем дальше.

Тот кивнул и с трудом потащил ловушку. Сама сетка весила немного, но улов тянул к земле.

— Цинь, мешков маловато взяли, — вполголоса заметил Чжао Пин, в котором радость боролась с досадой.

— Ищем сначала. Может, эта вообще единственная.

Пин сердито зыркнул на него:

— Только начали, а ты уже каркаешь! А ну, тьфу-тьфу через плечо!

Чжао Цинь только вздохнул.

Увидев, что брат настроен серьезно, он покорно сплюнул дважды. Пин еще что-то пробормотал – мол, дурное не сбывайся, доброе приди. Что поделать, люди моря суеверны до мозга костей. Это даже не суеверие, а своего рода кодекс: как нельзя водителю говорить об авариях в пути, так и здесь слова имеют вес.

— Колено-то как?

— Прошло уже.

— Ладно, тогда ты в центр, а я на глубину. Продолжаем. Где первая, там и вторая найдется.