Собирательство у моря: Начал с лопаткой и прибрал к рукам весь пляж

«Аболоновый жемчуг»

Чжао Цинь, опасаясь, что старший брат не согласится, прямиком направился в кухню за ножом – он твердо решил отделить мясо этого аболона от раковины.

— А-Цинь, неужели и правда сами съедим? Какое расточительство, — на лице Ся Жун читалось явное сожаление, но мысль о том, что деликатес достанется двум её детям, немного примиряла с потерей прибыли.

— Оставим. Кто знает, попадется ли еще когда-нибудь такая махина. Все равно в животы малым пойдет, не на помойку же выбрасываем.

Договорив, Чжао Цинь начал просовывать обух ножа под край раковины. Вскоре он подрезал яочжу – место крепления мышцы к створке – и мясо отделилось. С этим делом он был знаком: раньше доводилось покупать морское ушко, так что он знал, что съедобно, а что нет. Он принялся выковыривать внутренности и ротовой аппарат, как вдруг почувствовал, что пальцы наткнулись на что-то твердое.

— Странно, раковину-то я уже снял, — пробормотал он, сжимая внутренности. На свет показался твердый комок, похожий на зуб или обкатанный камень.

Камешек весь отливал ярко-зеленым, а у самого острия цвет плавно перетекал в бледно-красный.

— Брат, глянь, это еще что такое? — Не понимая, что нашел, он позвал Чжао Пина.

Тот ни минуты не сидел без дела, помогая жене перебирать улиток, но на зов подошел. Стоило ему взглянуть на находку, как глаза его радостно расширились:

— Ты это из аболона вытащил?

— Ну да. А что это? Неужели у такого большого морского ушка камни в почках образовались?

— Это аболоновый жемчуг! Я о таком только слышал, а вживую первый раз вижу, — Чжао Пин взял находку, сполоснул её в воде и через мгновение уверенно подтвердил:

— Точно, это он и есть.

Услышав про жемчуг, Ся Жун тоже не усидела на месте. Она вскочила и подбежала к ним:

— Где жемчужина? Дайте посмотреть!

Забрав её из рук Чжао Пина, она уставилась на камень блестящими глазами. — А-Пин, эта штука дорогая?

— Кто ж знает… Слышал только, что на десятки тысяч моллюсков дай бог одна такая попадется. Наверное, стоит прилично.

— Да не, брат, разве в аболонах бывает жемчуг? И разве он не должен быть круглым? — Засомневался Чжао Цинь.

— У аболонового жемчуга форма всегда неправильная. А-Цинь, хорошо, что ты его себе оставил. Продал бы моллюска – ох и прогадал бы, наверное.

Чжао Цинь довольно усмехнулся. Он оставлял деликатес просто из жадности до вкусностей, а тут такой сюрприз.

Они втроем по очереди любовались находкой. При ближайшем рассмотрении жемчужина и впрямь была чудо как хороша: яркие цвета и гладкая, словно зеркало, поверхность.

— Невестка, если нравится – оставь себе.

Видя, как та не может оторвать глаз от сокровища, Чжао Цинь снова проявил щедрость. Он помнил, что даже когда он был совсем непутевым, невестка по праздникам всегда звала его к столу – так что для неё ничего не жалко.

Ся Жун невольно просияла, но тут же замотала головой:

— Нет, не возьму. Ты еще не женат, невесту искать надо. Спрячь её, потом подарки будешь дарить – и красиво, и тратиться не придется.