Вечная ночь

Голод отступил, и на симпатичном лице Цинь Мина заиграла счастливая улыбка. Эти припасы были не просто лакомством, они полностью решали его главную проблему.

У хитрых зайцев обычно три норы, а у этой белки с сияющей шерстью оказало целых четыре убежища, в которых она скопила больше тридцати цзиней [около 15 кг] еды. Не зря её называли мутировавшим зверем. В итоге кожаный мешок Цинь Мина был заполнен больше чем наполовину.

— Пи-пи… — мутировавшая белка, которая поначалу отчаянно билась и кричала, увидев, как все четыре её гнезда были найдены и полностью опустошены, вдруг обмякла, вытянулась стрункой и затихла.

Цинь Мин удивился и слегка потряс её. Неужели испустила дух?

Ему и раньше доводилось слышать, что мутировавшие лесные звери по выносливости и уму значительно превосходят обычных сородичей, но при этом они невероятно гордые и вспыльчивые. Он и подумать не мог, что белка может буквально умереть от злости.

«Ну и ладно. Маленький Вэньжуй как раз говорил, что соскучился по мясу. Сварю ему отличный жирный бульон», — подумал он про себя. Ему было приятно, что он так быстро сможет исполнить желание ребенка.

…

Тем временем в деревне Шуаншу вовсю шли пересуды. Кое-кто заметил, что Цинь Мин ушел в дикие земли при полном параде. Судя по его грозному виду, люди решили, что парень отправился охотиться на какого-то крупного и опасного хищника.

Дошли эти слухи и до Лу Цзэ. Мужчина тяжело нахмурился: как этот малец мог пойти в лес один? Неужели он вздумал охотиться на медведя?

…

Цинь Мин стоял на возвышенности, понимая, что поднялся уже почти к самой вершине. Это была невысокая гора на самой границе лесного массива. К сожалению, сколько он ни искал, больше никаких беличьих гнезд ему обнаружить не удалось.

Добравшись до вершины, он посмотрел вперед. Лес расстилался внизу сплошным черным ковром, а вдали высились хребты бескрайних гор, от которых во тьме виднелись лишь смутные темные силуэты.

В самой глубине этих великих гор на самом деле скрывались удивительные, ярко освещенные долины. Однако сейчас они были надежно укрыты плотной завесой ночного тумана, и лишь едва заметные, призрачные лучи света пробивались сквозь мглу.

Глава 4: Перехват добычи

Цинь Мин перевел дух, закинул кожаный мешок за спину и двинулся в обратный путь по своим же следам. На этот раз улов превзошел все ожидания, и юноша был искренне доволен: с этой без малого полной суммой припасов голодная смерть в ближайшее время ему точно не грозила.

Под глубоким снегом то и дело попадались скрытые ямы и острые валуны, превращая дорогу в настоящее испытание, но настроение у Цинь Мина оставалось прекрасным. Наличие надежного запаса еды развязывало ему руки — теперь он мог без оглядки тратить силы на те особые упражнения, которые сулили новые прорывы в тренировках.

Вдобавок ко всему, он с нетерпением ждал прихода ранней весны — поры, когда жизнь заявляет о себе с новой силой. Пусть сейчас мир скован вечной мерзлотой, травы пожухли, а природа погрузилась во всеобщий траур. Стоило периоду увядания закончиться, как в опасных зонах великих гор вновь забурлят Огненные источники, а из-под земли все чаще начнут вырываться столпы багрового свечения. Тогда леса вновь зазеленеют, пробуждая мир к жизни — и это будет совершенно иное, неописуемое зрелище.