Возмездие (Новелла)

Глава 21

Я признаю, что Сумасшедший – тот, кто мне нужен. Возможно, он действительно самый важный человек. Поэтому мне стоит ценить то, что я смогу получить, если соблазню его. Однако первой реакцией было желание взбунтовать. И почему только с ним я становлюсь таким эмоциональным?

На следующий день по пути в офис моя голова была забита мыслями о нём. Я не особо беспокоился о менеджере или Хансу, поскольку во время нашего последнего разговора господин Чой выглядел как обычно. Он сказал, что ищет для меня подходящую эпизодическую роль или небольшую рекламу. Это было странно, так как раньше он говорил, что сначала мне стоит улучшить актёрские навыки, прежде чем браться за работу. Но вскоре я понял, в чём дело.

Возможно, он снова получил выговор. Может ли это тоже быть проделкой Мёншина? Что ж, вероятно, так и есть. Подумав, какой же он усердный, я открыл сценарий, который вчера тайно унёс из кабинета Сумасшедшего. Мне было интересно, ведь это станет последней работой режиссёра, чьи два фильма испортили. Хотелось проверить, насколько хорош этот сценарий, раз он решил завершить на нём свою карьеру режиссёра.

Однако после того, как я прочитал первые несколько страниц, в моей голове возник вопрос «как?», поскольку некоторые моменты сюжета по-странному напоминали текущую ситуацию. Это было слишком жутко для простого совпадения. Я так погрузился в текст, что даже забыл про менеджера, который разговаривал по телефону, но в какой-то момент понял, что стало слишком тихо.

Подняв глаза, я увидел, что он листает страницы с телефонными номерами в стареньком блокноте. Похоже, думает, кого набрать следующим. Решив не отвлекать его, я вновь опустил взгляд на сценарий, но внезапно прозвучал вопрос:

— Даже ничего не спросишь? — не отрывая глаз от блокнота, менеджер коротко добавил. — В компании сказали, что, если мы хотим продления контракта, нужно показать хоть какие-то результаты.

Он пролистал несколько страниц, чтобы посмотреть, нет ли других подходящих номеров, а затем на некоторое время поджал губы. Грубый палец пробежался по цифрам на странице и нерешительно остановился на написанном от руки телефонном номере.

— Не расстроишься, если работа окажется не очень интересной?

— Не расстроюсь.

Менеджер Чой поднял глаза, не отрывая пальца от номера.

— Верно, ты справишься с чем угодно, — с улыбкой произнёс он.

Однако я не смог ответить ему тем же. Его улыбка не казалась искренней – он словно по привычке кривил губы. Неужели это из-за Хансу?

Тем временем менеджер уже успел набрать номер, который выбрал, и дружелюбно заговорил:

— …Да, в последнее время я работаю в «Dream». Сейчас у меня есть новичок. Он потрясающий, очень хорош… А? Нет, не певец. Актёр. Знаю, что никто не хочет работать с неизвестными актёрами-новичками, но всё же посмотри, а? Мы же с тобой уже не первый год знакомы… Ах, конечно, у него выдающаяся внешность! Он очень хорошо смотрится в кадре! Знаешь фотографа Ли? Он всё никак не отвяжется – так сильно хочет сделать его снимки!

Господин Чой упорно нахваливал меня перед собеседником. В надежде выбить мне хоть какую-нибудь работу, он говорил всё громче и громче, но моё настроение только ухудшалось. Что-то явно было не так. Когда он завершил звонок и принялся радостно рассказывать мне о новой работе, мои подозрения усилились. Его спокойствие казалось слишком напускным, а натянутая улыбка выдавала тревогу.

— Единственное, что они могут сейчас предложить, – подработка, как для обычного человека. Тебя такое устраивает?

— Да.

— Ничего сложного. Перед торговым центром будет проходить конкурс талантов. Насколько я понял, им нужен кто-то симпатичный, чтобы привлечь внимание людей. На такие мероприятия ведь обычно нанимают людей, чтобы они притворялись участниками. Думаю, ты будешь делать что-то вроде этого. Дату назначили на…

— Менеджер, — прервал я его.

Он оторвал глаза от своего блокнота и посмотрел на меня.

— …

— Как Хансу?

— …

— Он сегодня не придёт?

— Нет, — господин Чой выпрямился и спокойно добавил. — Больше не придёт. Он хочет всё бросить.

***

Неужели я ошибался? Его спокойная реакция сбивала меня с толку. Я думал, что если не будет Хансу, то и менеджер сдастся. Но может, он не так сильно поддаётся эмоциям, как мне казалось? Неужели планирует просто найти другого актёра, вместо Хансу?

Как бы я ни старался мыслить здраво, беспокойство не отпускало. Для меня всё сложилось так удачно, но я не мог понять, почему чувствую дискомфорт. Хансу не выходил из моей головы. Радовало лишь то, что хотя бы на занятиях у меня больше не было причин для беспокойства.

На места парня, который решил уйти, и Урода пришло несколько новых стажёров. А Хёнсок с Чимином отсутствовали из-за участия в каком-то кастинге – вероятно, их связь с Мёншином всё-таки дала свои плоды. Так как назойливых парней сегодня не было, день прошёл спокойно. Поэтому после занятий вместо того, чтобы пойти в «Лабиринт Алисы», я направился в совершенно другое место.

***

До этого мне доводилось бывать в университетах всего несколько раз. Подрабатывая курьером, я иногда доставлял заказы студентам. Однако в голове всплывает более раннее воспоминание, связанное с этим местом. Когда я работал в кредитной конторе, мне нужно было выбить деньги из одного студента.

Мы были ровесниками, но, в отличие от меня, зарабатывающего на жизнь запугиванием, он прилежно учился в престижном университете. Именно поэтому я проявлял к нему больше жестокости, чем к другим должникам. Парень, который, несмотря на стремление к достойной жизни и успехам в учёбе, в конце концов всё равно встал предо мной на колени. Возможно, таким образом я пытался самоутвердиться и показать своё превосходство.

Позже ему удалось полностью погасить долг, но после того, что я устроил с ним в университете, бедолаге было слишком стыдно снова туда возвращаться. Я не испытываю вины за то, что сделал тогда. Занимать деньги было его ошибкой. А то, что ему попался именно я, – просто неудачное стечение обстоятельств. Не существует такой вещи, как божественная кара, но есть возмездие. Даже маленькая ошибка или неверное решение ведут за собой последствия. Порой – настолько огромные, что с ними невозможно справиться.

Но тогда я не мог осознать этого, поскольку был чересчур самодовольным и думал лишь о собственном комфорте. Так что, даже если кампус, по которому я сейчас прохожу, навевает воспоминания о случае с тем студентом, никаких эмоций у меня это не вызывает. Мне остаётся только принять последствия собственных ошибок, как когда-то сделал он.

Не знаю, когда и каким образом это произойдёт, но я уверен, что понесу наказание за содеянное. Осознание этой простой истины далось мне слишком дорогой ценой. Но ирония в том, что, несмотря на всё это, я совершенно не изменился. Даже зная, что мне придётся за это заплатить, я не смогу отказаться от мести. Всё равно продолжу использовать людей в своих интересах и расставлять ловушки.

Так почему же я сейчас трачу время впустую, заявляясь сюда? Не найдя ответ, я решил, что для начала стоит встретиться с Хансу. Сперва я пошёл в театр, но там мне сказали, что из-за подготовки к завтрашнему мероприятию он проведёт в университете всю ночь.

Пройдя через широкий кампус, я без труда нашёл нужный кабинет в небольшом здании с вывеской «Факультет искусств».

Внутри горел свет, а из-за двери доносились голоса людей. Она была приоткрыта, поэтому я просто слегка толкнул её и вошёл внутрь. При появлении незнакомца все резко замолкли. Я молча оглядел помещение, ища глазами Хансу. Тогда один из студентов обратился ко мне:

— Кто вы?

— Где Ли Хансу?

— Он вышел в магазин. Скоро должен вернуться.

— Как вернётся, скажите ему, что я буду ждать снаружи, — попросил я и развернулся, чтобы уйти, как раздался вопрос:

— Можете назвать своё имя, чтобы я передал ему?

— …Ли Юхан.

Закрывая за собой дверь, я услышал шёпот:

— С Хансу что-то случилось? Ни с того ни с сего предложил выпить, да ещё и сам вызвался купить алкоголь…

***

Как бы это выразить? Неприятно тихая и мрачная атмосфера. Призрачная тишина не подходила университету, который в дневное время был полон жизни. Большой кампус с прилегающим к нему парком, из которого выбегали студенты, будто подчёркивал, что это место предназначено для того, чтобы люди приходили и уходили, как отлив.

Возможно, мне так кажется, потому что я никогда не учился в университете. И всё же здесь правда тоскливо. Я сел на скамейку, чувствуя себя как не в своей тарелке. Прошло два часа, но Хансу, который должен был скоро вернуться, так и не появился.

У меня возникла мысль снова пойти в его кабинет, но я передумал, опасаясь, что он будет там. Не хотелось заявляться к тому, кто не хочет меня видеть. Но разве не смешно, что тем не менее я продолжал ждать его? Спустя ещё тридцать минут размышлений было принято решение просто пойти домой. Но в тот же момент за моей спиной послышались чьи-то шаги. Хмуро глядя в мою сторону, Хансу остановился под тусклым уличным фонарём неподалёку.

— Почему вы всё ещё здесь?

Я встал со скамейки.

— Тебя жду.

— Зачем? Разве не очевидно, что если я не вышел, то не хотел вас видеть? Вы должны были просто уйти. Или хотя бы позвонить мне.

— У меня нет твоего номера.

В ту же секунду его лицо исказилось.

— У вас даже нет моего номера? Ха-а… Точно. Кажется, вам совсем плевать на меня.

Пробормотав что-то себе под нос, он раздражённо спросил:

— Зачем вы проделали весь этот путь?

Это был совсем не тот Хансу, который вечно улыбался и первым шёл на контакт, но теперь мне стало проще с ним говорить. Возможно, его прежняя настойчивость в сближении меня отталкивала. Осознание этого только усилило моё замешательство относительно того, почему я здесь.

— Слышал, ты решил уйти. Это правда? — спросил я после небольшой паузы.

Хансу заметно напрягся.

— Да. А вы пришли сюда, чтобы убедиться?

— Но почему?

Это ведь был не первый случай боязни камеры, к тому же он столько лет готовился стать актёром. Я собирался сказать ему об этом, но он опередил меня, безразлично ответив:

— Это не ваше дело, Ли Юхан.

— …

— Если это всё, что вы хотели узнать, то я пойду.

— Мёншин… — я на мгновение задумался, стоит ли говорить дальше. Однако, увидев его бесстрастное выражение, всё же продолжил. — Это дело рук Мёншина. Он намеренно попросил кого-то пронести камеру в театр, чтобы ты провалился.

— И?

— …

— Это не отменяет того факта, что я идиот. Даже если мне улыбнётся удача, и кому-то понадобится кретин вроде меня – мне это больше не нужно. Или вы хотите, чтобы я последовал вашему примеру и начал мстить?

Его вопрос лишил меня дара речи. Честно говоря, я думал, что он разозлится, когда услышит о Мёншине. Но, увидев Хансу без его обычной улыбки, осознал, насколько плохо его знаю. Вернее, насколько сильно заблуждался, считая, что знаю. Я ошибался в отношении Хансу, как и в отношении других людей, полагая, что могу управлять ими.

— Я идиот. Не могу я мстить. Я на это не способен. Просто оставьте меня в покое и займитесь своими делами. Мы ведь даже не были близки.

Последние слова прозвучали особенно грубо. Да, верно. Не близки. Раньше даже не задумывался об этом. Я и вправду совсем ничего о нём не знаю.

— Прощайте, — пробормотал он и, развернувшись, ушёл.

Я прождал два часа ради разговора, который занял меньше минуты, но это время было потрачено не зря. Я снова огляделся и понял, что кроме меня здесь больше никого нет. То, что произошло с Хансу, – результат моих действий.

Если бы я не затеял свою месть, Мёншин, вероятно, не стал бы вымещать свою злость на нём. Даже если бы это в любом случае рано или поздно произошло, я ускорил процесс. А причина, по которой я чувствую такую ответственность и беспокойство… Да, всё из-за того, что он «Хансу». До сих пор помню это неприятное чувство, которое испытал, когда он впервые мне представился.

Всё-таки я очень сентиментален.

***

Спустя день отсутствия я отправился в «Лабиринт Алисы». Менеджер сразу повёл меня к кабинету босса. Я предвидел, что сегодня придётся встретиться с ним, поэтому морально подготовился. Уверен, он опять начнёт раздавать мне советы по поводу наших с Сумасшедшим отношений. К слову, с ним мне тоже нужно поговорить, так что хотелось бы поскорее решить все вопросы с боссом и не затягивать. Однако после его приветствия я на какое-то время впал в ступор.

— Сегодня ты тоже пришёл сразу после работы на заправке.

— …

— Итак, что с твоим планом?

Прочитав на моём лице вопрос «какой ещё план?», он пояснил:

— Ах, я имею в виду месть, месть! Разве мы не должны пойти и разобраться с этим сопляком прямо сейчас? — босс начал размахивать кулаками. — Ну, когда ты собираешься его раздавить?

— …После того, как всё подготовлю.

Тем, кого с большей вероятностью раздавят, являюсь я. Но, если признаюсь в этом, он начнёт вмешиваться и задавать раздражающие вопросы.

К счастью, после моего ответа босс немного успокоился.

— Подготовишь? А, ты говоришь о том, что хочешь сделать директора Юна из «Dream» своим спонсором?

Когда я кивнул, на его лице возникло странное выражение. Это уже не первый раз, когда он так реагирует при упоминании Юна. Даже сейчас его плотно сжатые губы говорили о том, что он сдерживает какие-то слова.

— Вы можете что-нибудь рассказать о директоре Юне? — спросил я, пытаясь его прощупать.

Мужчина прокашлялся, пытаясь скрыть смущение.

— Кхм, да нет… Мне нечего о нём сказать.

Он определённо врёт. Я подозрительно прищурился и впился в него взглядом, но босс отвернулся и попытался перевести разговор в другое русло:

— Н-насчёт него лучше спросить у Джея. Правда, если хочешь заполучить директора Юна, тебе стоит сблизиться с Джеем. Точнее, без Джея ты вообще никак не сможешь это сделать.

Сумасшедший говорил то же самое. Похоже, они в самом деле очень близки.

— Они что-то вроде старых друзей?

— …Не совсем.

— Не совсем? Значит, родственники?

— Нет, не родственники.

Увидев, как он скорчил лицо, я выразил сомнение:

— Но они хотя бы близки, да?

— Конечно! Можно сказать, они как одно целое! — босс возбуждённо повысил голос, но вскоре откашлялся и спокойно добавил. — Кхем-кхем. Да, вот настолько они близки.

— …

— Это правда.

Он явно что-то скрывает.

— Получается, вы тоже с ним знакомы?

— Да, конечно. Директор Юн мой…

Я ждал продолжения, но босс тяжело сглотнул и опять сменил тему:

— Потом узнаешь. Лучше скажи, почему тебя вчера не было?

Мало мне было отчитываться перед Сумасшедшим, теперь ещё и перед этим должен.

— Были кое-какие личные дела. Но ничего серьёзного.

— Вот как? Должно быть, с кем-то из твоих близких что-то случилось, но он сказал тебе не беспокоиться об этом.

— …

— К слову, говоря о сегодняшнем дне…

— Как вы узнали?

Вопрос вырвался бессознательно. Честно говоря, это жутковато. От его слов меня на мгновение пробила мелкая дрожь. Однако директор как ни в чём не бывало ответил:

— Ты сам сказал: это личное. Я знаю, что тебе нет дела до остальных, такой уж у тебя характер. Ты не умеешь поддерживать людей, и по этой причине, очевидно, твой друг попросил, чтобы ты оставил его в покое, — скучающим тоном он добавил. — В общем, ничего неожиданного, так что плевать. Лучше удели больше внимания нашему Джею.

Босс протянул визитку.

— Он ждёт тебя, так что иди. Кстати, ты хорошо переносишь алкоголь? Джей такой невинный – он вообще не умеет пить. Уверен, там будет алкоголь, так что отправляйся туда и выпей вместо него. Держись рядом с Джеем, не позволяй другим подходить к нему! Возьми за руку, приобними – в общем, воспользуйся случаем, чтобы сблизиться с ним, понял?

Он смеялся, продолжая нести чушь о «невинности» Джея. Однако я понимал, что этот человек – не просто фрик, поэтому не мог отмахнуться от его визитки. Даже если моя история растрогала его до слёз, и он пообещал помочь, мне всё равно было сложно поверить, что он пытается свести нас с Сумасшедшим. Неужели его вообще не смущает, что я мужчина?

— Почему вы хотите, чтобы Джей, которым вы так дорожите, был с человеком вроде меня?

Если бы босс ответил: «Потому что хочу тебе помочь», я бы встал и ушёл. Но, к счастью, он этого не сделал – лишь удивлённо посмотрел на меня, будто я задал глупый вопрос.

— Потому что ты единственный, о ком он заботится.

— И вас не беспокоит, что я парень?

— Джей впервые за пять лет проявил к кому-то интерес. Даже если бы ты был семидесятилетним стариком со вставной челюстью, я бы тут же принял тебя, рыдая от счастья. В конце концов, стоит хвататься за любую возможность, даже если эта гнилая верёвка.

То есть я… гнилая верёвка.

— Обычно, если кто-то пытается приблизиться к Джею, он либо хоронит их карьеру, либо растаптывает до такой степени, что они боятся выйти из дома. Бэквон первый человек, которого он ценит настолько, что даже впускает в свой кабинет.

Вновь услышав о том, что он меня «ценит», я впал в замешательство. Может, у этого слова есть другое, неизвестное мне значение?

— Кроме того, услышав твою историю, я не мог не помочь. Но не то, чтобы она меня тронула или вроде того… — он пытался принять равнодушный вид, но его глаза предательски заблестели. — К тому же, мне нравится твой характер.

— Вы встречались со мной всего несколько раз…

— Ха-ха, вот именно об этом я и говорю.

— …

— Обычно, когда предлагают помощь, люди воспринимают это как хорошую возможность и используют её. Но ты спрашиваешь, почему я делаю это. Настолько прямо, что это немного задевает.

— Просто я знаю, что в этом мире ничего не бывает бесплатно. Поэтому мне сложно вас понять.

Босс снова улыбнулся, но на этот раз холоднее, чем раньше. Теперь я окончательно убедился, что его улыбка похожа на улыбку Сумасшедшего.

— Бэквон, — мягко позвал он.

Однако я не повёлся на этот дружелюбный тон, потому что видел его глаза, в которых не было и тени улыбки. Последующий вопрос, подобно песку, просочился в мои уши.

— Ты веришь, что человек способен измениться?

— Нет, — без колебаний ответил я.

Босс удовлетворённо улыбнулся.

— Я тоже так считаю. Люди не меняются. Поэтому, даже если бывший хулиган вроде тебя попытается исправиться, свою природу не изменить. Будь иначе, ты бы не стал мстить.

— Какое отношение это имеет к моему вопросу?

— Прямое. Я не верю, что люди меняются. Поэтому, если бы Джей не заинтересовался тобой, я бы не вызвался тебе помогать.

— Я всё ещё не понимаю, что вы имеете в виду. Если вы думаете, что внутри я всё тот же бандит, то почему не пытаетесь оградить меня от него?..

— Ты заблуждаешься. Я не считаю, что ты не способен на перемены.

На секунду я почувствовал себя так, словно меня облили холодной водой. Директор заметил, что я понял, к чему он клонит, и горько улыбнулся.

— Я лишь хочу, чтобы Джей мог по-настоящему улыбаться, как раньше.

***

Кажется, я услышал то, что мне не следовало знать. И после его последних слов это чувство только укрепилось.

«Я возлагаю большие надежды на Ли Бэквона. Надеюсь, ты сможешь вернуть старого Джея».

Нелепость. Мысль, что этот ненормальный когда-то искренне улыбался, сама по себе пугает, но то, что я могу вернуть его прежнего – совсем абсурд. С мрачным лицом я закрыл дверь кабинета босса. Слова этого странного человека не стоило принимать всерьез, но они всё равно не выходили у меня из головы.

Вспомнив о визитке в своей руке, я подумал о Сумасшедшем. Желания идти к нему не было, но поскольку мне и так нужно встретиться с ним и задать вопрос, я заставил себя направиться к лестнице. В этот момент кто-то окликнул меня сзади:

— Господин Ли Бэквон, сюда.

Менеджер с роботоподобной улыбкой указал в противоположную сторону от лестницы. Я обернулся и показал ему визитку.

— Мне сказали прийти сюда.

— Я знаю. Но босс передал, что сначала вы должны снять свою униформу.

Взглянув на свою одежду, я спросил:

— Это выглядит как униформа?

— Да.

— …Идём.

Я последовал за ним в комнату в конце коридора. Она оказалась забита одеждой, как настоящий магазин.

— Это вещи, которые мы предоставляем нашим сотрудникам, — объяснил менеджер, вошедший первым, и обернулся ко мне.

Его взгляд будто говорил: «Выбирайте что хотите», поэтому, даже не глядя по сторонам, я схватил первый попавшийся под руку чёрный костюм. Тогда он предложил:

— Может, подсказать вам с выбором?

Зачем? Разве он не видит, что я уже выбрал?

— Я возьму это.

Я поднял костюм, который держал в руках. Однако он, словно уже заранее всё решил, молча вынул другой костюм и протянул его мне.

— Как насчёт этого?

Я перевёл взгляд с костюма на него и обратно, а затем спросил:

— Директор заранее выбрал его, да?

Привычная улыбка, повисшая в уголках губ менеджера, внезапно расцвела. Он кивнул.

— Да.

— …Ладно.

Принимая костюм из его рук, вдруг вспомнил кое о чём и спросил:

— Но почему вы помогаете мне?

— Потому что мне так поручили.

Не хочу надевать галстук. Пока я убирал его подальше, менеджер продолжил:

— Я нахожу господина Ли Бэквона очень интересным.

Впервые услышав от него комплимент, я снял костюм с вешалки и поднял голову.

— …Да, одно только имя достаточно интересное.

Я проклинал кличку «Ли Бэквон», которая, казалось, стала моим настоящим именем.

— Мне также нравится ваша искренность, — неожиданно заявил он.

Искренность? Увидев немой вопрос в моих глазах, менеджер пояснил:

— Я вижу, что вам не нравится директор. Но по крайней мере вы честны с ним.

Мне хотелось сказать, что в этом нет ничего особенного, но он произнёс фразу, которую я слышал уже в третий раз:

— Именно поэтому он ценит вас настолько, что приводит сюда.