Возмездие (Новелла)

Глава 9

Должен сказать, нет ничего интереснее, чем стоять в стороне и наблюдать, как люди разрывают друг друга на части. Однако спустя время даже это начинает надоедать.

— Я, кажется, предупреждал, чтобы сегодня меня не беспокоили! Тебе жить надоело?

— Босс, я не хотел вас беспокоить, но эти люди из «Dream»… Эм, ну скажите же что-нибудь! Вы ведь говорили, что с фотографом Ли уже договорились!

— О, верно! Наверное, они просто ещё не успели всё согласовать. Бросьте, фотограф Ли, вы же хорошо меня знаете. Думаете, я стану вам врать?

— Как бы хорошо я вас ни знал, это не имеет значения! Со мной никто не связывался. А тебя я просил, чтобы меня сегодня ни при каких обстоятельствах не дёргали!

— Я так и хотел! Но они уверяли, что у вас с ними договорённость… Менеджер Чой, вы меня обманули!

— Ах, ну я же сказал, что с вами свяжутся! Фотограф Ли, мы так давно знакомы, а вы всё равно сомневаетесь. Неужели совсем мне не доверяете?

— Не так уж давно мы и знакомы. И дело не в доверии, директор Чой, просто мне никто не звонил. А ты! Что мешало тебе разобраться со всем самостоятельно, а не звонить мне и заставлять спускаться сюда? Или ты так нарываешься на увольнение?

— Угх! Босс, ну почему вы со мной так поступаете? Менеджер Чой убедил меня, что с вами связались…

Казалось, этому не будет конца. Три человека стояли напротив друг друга, образуя треугольник, и продолжали повторять одни и те же слова. Я даже на секунду задумался: а может, это у них развлечение такое? Но, не найдя ответа, сделал несколько шагов вперёд, к белому освещённому фону. Затем остановился прямо в центре и медленно оглядел устройства вокруг.

Теперь мне придётся привыкать к подобным вещам. Как ни странно, я не чувствовал ни страха, ни тревоги. Возможно, потому что мне не была присуща робость, но я всё не мог понять: какой смысл нервничать перед неодушевлёнными предметами?

Рассматривая оборудование, я внезапно заметил, что вокруг стало тихо. И, обернувшись, увидел, что все трое смотрят на меня с разными эмоциями на лицах: любопытством, раздражением и обеспокоенностью. Молодой человек с раздражённым видом вышел вперёд и обратился ко мне:

— Туда нельзя заходить без раз…

Он жестом велел мне выйти, но я перебил его, не дав договорить:

— Говорят, вы фотографируете только тех, кого выбираете сами.

Фотограф, которому был адресован мой вопрос, с любопытством оглянулся на меня. Вскинув бровь, он ответил:

— Да.

— Тогда какая разница, связывались с вами или нет?

Он с минуту разглядывал меня, а затем склонил голову набок и выпалил:

— Сними-ка футболку.

Это была странная просьба, однако мне ничего не стоило её исполнить. Скрестив руки, я взялся за низ футболки и потянул её вверх. Когда моя голова вынырнула, а руки выскользнули из рукавов, я бросил футболку на пол и предстал перед ним с обнажённым торсом. Прохладный воздух коснулся моей кожи, но это меня не беспокоило. Я хорошо переносил холод.

А ещё совершенно не испытывал смущения. Ведь человек передо мной был обнажён даже больше, чем я. Может, он ходит в таком откровенном виде, чтобы модели чувствовали себя комфортнее? Пока я размышлял об этом, фотограф Ли внимательно изучал моё тело.

— Ты трудился разнорабочим? Твои мышцы не выглядят так, будто их накачали в спортзале, — спросил он.

На его догадки быстро ответил стоявший рядом менеджер:

— Ха-ха, ну что вы. Тэмин просто был курьером. Наверное, иногда приходилось таскать тяжёлые коробки, поэтому…

— Я был и разнорабочим.

Он резко обернулся на меня.

— Что? Но ты же работал курьером! А по ночам на складе, ведь так?

— Верно. В будние дни.

— …

— А выходные я проводил на стройке.

— Когда же ты тогда отдыхал?

— Никогда.

Я отвёл взгляд от застывшего менеджера и снова посмотрел на фотографа Ли. На мгновение показалось, что на его лице мелькнула улыбка, однако она быстро исчезла, и он равнодушно бросил:

— Ну, ты всё равно слишком заурядный.

Тут в разговор попытался вмешаться менеджер, но фотограф остановил его жестом руки.

— Красавчиком тебя точно не назвать. Таких как ты полным-полно. Даже если в жизни тебе говорили, что ты хорошенький, здесь это ничего не значит. Будем объективны, ты даже не середнячок. Может, тебе удастся продержаться в этой индустрии год, максимум – два, но большой популярности ты не снищешь.

В его голосе сквозила насмешка. Господин Чой, разгневанный этими словами, уже хотел возмутиться, но тут же был прерван моим вопросом:

— То есть вы не хотите меня снимать?

— Этого я не говорил, — он ухмыльнулся.

— В таком случае мы можем провести съёмку.

Моё уверенное заключение заставило его губы растянуться ещё шире. Фотограф Ли вдруг повернулся к менеджеру.

— И где вы его откопали? Чем больше на него смотрю, тем больше он мне нравится.

От такой похвалы лицо господина Чоя тут же смягчилось, и он улыбнулся.

— В самом деле? Тогда вам, должно быть, уже не терпится сделать пару снимков? Ну же, скорее приступайте!

— Непременно. Однако в свою очередь я попрошу вас об одолжении.

— Конечно, мы с удовольствием выполним любую вашу просьбу, но… Нет, только не это!

Не знаю, что менеджер имел в виду под «этим», но он явно запаниковал. Фотограф Ли хмуро пробормотал: «Тц, да не буду я к нему приставать».

— Тогда о каком одолжении вы говорите?

— Я хочу снять его для своего личного проекта.

Услышав это, менеджер облегчённо кивнул.

— Конечно, без проблем. А что за проект?

— «Обнажённая натура».

— Ха-ха, обнажённая… Что? — сохраняя натянутую улыбку на лице, он пронзил фотографа суровым взглядом. Тот вздрогнул и поспешил объясниться:

— Ах, директор Чой, ну позвольте мне сделать это. Я всегда мечтал запечатлеть подлинную красоту жизни, а не гору мышц, созданных в спортзале!

— Абсолютно точно нет!

— Хорошо, — игнорируя возражения менеджера, я повторил. — Я позволю вам снять меня. Обнажённым.

***

Получив разрешение на участие в его личном проекте, довольный господин Ли спешно надел брюки и побежал готовиться к съёмке для моего портфолио. Вскоре его секретарь привёл людей для создания образа и макияжа, а сам занялся проверкой оборудования. Обстановка постепенно становилась всё более оживлённой. Не знаю, всегда ли фотограф Ли организовывает съёмки так спонтанно, но прибывший персонал не выглядел удивлённым и без жалоб приступил к работе.

Тем временем меня отвели в небольшую комнату, где помогли переодеться, сделали лёгкий макияж и привели в порядок мои волосы. Менее чем через час всё было готово, теперь оставалось только сделать снимки. После того, как команда гримёров покинула комнату, менеджер Чой закрыл дверь и подошёл ко мне с серьёзным лицом.

— Тэмин-а, давай поговорим.

— Давайте, — согласился я.

Он сел напротив, и на меня сразу посыпались вопросы:

— О чём ты вообще думал? Ты понимаешь, что значит сниматься обнажённым?! Тебе придётся снять с себя всё. Абсолютно всё! Ты правда способен на это? Уверен? В будущем это может принести тебе серьёзные проблемы… Нет, конечно, учитывая, что это работа господина Ли, она будет принята очень хорошо, но твой имидж определённо пострадает. И тем не менее ты всё равно хочешь согласиться?

— Да.

— Неужели тебе вообще не страшно? Тэмин-а, ты не обязан это делать. Просто откажись и сделай только снимки для портфолио. В конце концов человек, с которым ты говорил по телефону, обещал помочь…

— …

— Он ведь обещал?

Я кивнул.

— Обещал помочь договориться о фотосессии с господином Ли, так?

— Нет.

— Ну вот. На нет и суда нет… Подожди, что?! Нет?!!

Деревянный стул резко отшатнулся и упал назад, когда он вскочил с места. Однако громкие крики менеджера заглушили его стук.

— В каком смысле? Ты сказал, что этот человек согласился помочь тебе! Разве не поэтому мы сюда приехали?!

— Да. Но я не говорил, что он поможет мне именно с этим.

— Когда я тебя спрашивал, ты отвечал, что уверен! Что фотограф Ли точно сделает твои фотографии!

— Я действительно был уверен. В вас, менеджер Чой.

Его лицо покраснело от замешательства.

— Что? Уверен во мне?..

— Вы сказали, что он снимает только тех, кого хочет. Я решил: увидев меня, он сам захочет устроить фотосессию.

Столкнувшись с его непонимающим взглядом, я пояснил:

— Вы же первым заметили меня и выбрали. Сказали, что во мне есть обаяние, способное притягивать людей. Вот я и предположил, что и фотограф Ли увидит во мне то же самое.

— То есть ты просто доверился моему… чутью на людей?

— Да.

— А если бы он отказался тебя снимать?

Мне показалось, что его голос слегка дрожал.

— Этого бы не случилось. Ведь вы сказали, что он лучший.

«А вы не можете ошибаться». Я не стал добавлять это, но, кажется, он всё понял. Наступило недолгое молчание. За это время с лица менеджера исчезло волнение.

— Но почему ты позволил мне оставаться в заблуждении? К тому же перед тем, как войти сюда, ты кому-то звонил. Я решил, что ты договаривался с человеком, который обещал тебе помочь. Разве не так?

— Я звонил в банк. Хотел проверить баланс.

— Просто так, без всякой причины?

— Нет. Вы упомянули, что за фотосессии в других студиях придётся платить из своего кармана. Вот я и решил на всякий случай посмотреть, сколько у меня на счету.

— …

— А причина, по которой я не стал развеивать ваше заблуждение, заключается в том, что мне понравилось наблюдать за вами в этот момент.

— В какой момент? Когда я был одурачен? — менеджер нахмурился, и тогда я покачал головой.

— Когда вы уверенно и настойчиво добивались своего. Раньше вы принижали себя и всё время склоняли голову. Но, даже когда фотограф Ли выбежал в одном нижнем белье и начал возмущаться, вы достойно держались и стояли на своём. Отличная работа.

Он пристально посмотрел на меня, поднял упавший стул и сел на место.

— …Я всю жизнь был таким, — тихо пробормотал менеджер — Уверенным в себе и требовательным. Но теперь я выгляжу трусом?

Он не дождался ответа и горько усмехнулся.

— Да. Принижаю себя и склоняю голову…

Тук-тук.

Раздался стук в дверь, и из-за неё послышался голос: «Всё готово к съёмке, выходите». Я встал, и менеджер, поднявшись следом за мной, уже своим обычным голосом спокойно произнёс:

— Спасибо.

Когда я быстро оглянулся, он улыбнулся мне.

— За то, что веришь в меня.

«Не за что. Просто пока мне больше не в кого верить», — подумал я, но решил оставить свои мысли при себе. Уже держась за дверную ручку, чтобы выйти, я вдруг услышал вопрос менеджера:

— Но о чём ты попросил того человека?

— Да так, ничего особенного.

Да. Ничего особенного.

***

[И какая мне от тебя польза?]

«Обещаю время от времени быть для тебя занозой в заднице. О, и возврата не будет».

[Забавно, но я откажусь.]

«Почему?»

[Ну, потому что я могу быть куда большей занозой в заднице, чем ты.]

«…»

[Если это всё, что ты способен мне предложить, – клади трубку. Не раздражай меня.]

Будь я одним из тех тревожных людей, кто беспокоится из-за малейшей перемены настроения собеседника, то незамедлительно бы положил трубку, услышав его строгий тон. Но, к счастью, я таким не был.

«Если раздражён, клади трубку сам».

В ответ прозвучал короткий смешок.

[Ну и?]

Ну и… На сей раз ему удалось заставить меня замешкаться. К этому моменту я уже должен был поймать его. Но как это сделать? У меня за душой ни гроша, а выдающимся талантом, способным сразить его наповал, я не обладаю. Тем не менее мне хватает наглости, чтобы продолжать стоять на своём.

«Просто вложись в меня. Ты не пожалеешь, когда я стану чертовски впечатляющим».

[Или ещё более раздражающим.]

Суровый, режущий голос был достаточно холодным, чтобы вызвать у меня мурашки. Осознав, что моя попытка завершилась неудачей, я мысленно выругался на себя, однако вскоре он смягчился:

[Ладно. Дам тебе аванс.]

Что?

[Но ты должен пробудить во мне интерес и повысить свою ценность. Если, конечно, не хочешь остаться таким же раздражающим и бесполезным, чтобы в конечном итоге быть съеденным.]

«…»

[Так что ты хочешь получить в качестве аванса?]

«Насколько большое влияние у тебя в этой компании?»

[Оно куда больше, чем ты думаешь.]

«В таком случае я хочу, чтобы одного из сотрудников привлекли к дисциплинарной ответственности».

[Кого?]

«Моего менеджера».

***

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Звук затвора камеры гулко отражался от потолка. Яркий свет слепил глаза. Все взгляды были обращены в мою сторону. Вокруг раздавались перешёптывания, слышался шум перемещаемого оборудования, а щелчки камеры не прекращались. Всё это смешивалось с голосом фотографа Ли, дающего мне указания.

— Опусти подбородок!

Щёлк.

— Немного наклонись и посмотри на меня!

Щёлк.

— Не так, с нежностью. Представь, что смотришь на своего любимого человека!

Щёлк.

У меня кружилась голова. Я словно оказался в центре водоворота и не мог сосредоточиться. Единственное, что мне оставалось, – это полностью сконцентрироваться на его голосе и просто следовать советам. Не было времени думать о том, как я выгляжу или какое у меня выражение лица. Позировать перед камерой оказалось куда сложнее, чем я ожидал.

Возможно, я так нервничал из-за того, что не мог справиться с бесконечными требованиями фотографа Ли, который не замолкал, даже когда нажимал на кнопку затвора камеры. Он всё повторял, что мне нужно расслабить плечи, но тело меня не слушалось и оставалось скованным. Лишь спустя какое-то время разум начал проясняться. И стоило мне осознать, насколько я сейчас нелепо выгляжу, как господин Ли прекратил делать снимки и спросил:

— А ты, похоже, редко бываешь перед камерой, — он взглянул на маленький экранчик. — Сидишь как бревно, лицо кирпичом.

— …

— Однако всё равно не отводишь взгляд. Никакого смущения или растерянности, — с этими словами он поднял голову и улыбнулся.

На самом деле я был очень смущён и растерян, но решил, что не стоит это озвучивать. Возможно, восприняв моё молчание как признак раздражения, фотограф усмехнулся и пожал плечами.

— А, да я просто удивлён. Редко бывает, чтобы кто-то так уверенно смотрел в камеру и не заботился о том, что происходит вокруг. Ты всегда такой бесстрашный?

Его глаза выражали взволнованность. Не знаю, возможно, мне показалось, однако он выглядел так, будто пытался угадать, как же я отвечу. Я уже неоднократно получал подобные взгляды – от новичков в нашей байкерской банде или малолеток, которые с восторгом наблюдали за тем, как я выбивал из людей деньги. Это были взгляды, в которых читалась уверенность, что каждое моё слово оправдает их ожидания.

Тогда я нарочно раскидывался пустыми и надменными фразами, чтобы не разочаровывать их. Но сказать, что сейчас я не нервничаю, было бы ложью. «Я не боюсь», «Как видите, вот такой я необычный человек», — хотелось ответить так. Но фотограф Ли не похож на человека, который будет разочарован, если скажу ему правду. Поэтому, вопреки всем сомнениям, ответ легко слетел с моих губ:

— Нет, — я медленно оглядел людей вокруг, высокие потолки, оборудование и добавил. — Мне сейчас очень страшно. Просто я хорошо умею это скрывать.

Кто-то мог бы сказать, что такой ответ связан с тем, что я изменился, но на самом деле это не так. Просто теперь я понимаю, что представляю из себя на самом деле, и веду себя соответственно. К счастью, господин Ли выглядел удовлетворённым. На его губах появилась лёгкая улыбка.

— Воу. Думал, ты просто пытаешься произвести впечатление, но чем больше на тебя смотрю, тем больше ты мне нравишься.

Он шагнул ближе ко мне.

— Слушай, Ли Тэмин, — начал фотограф, теперь уже с явным интересом. — Я могу помочь тебе развить потенциал. Если для тебя не проблема быть с муж…

— Кхм! — менеджер громко кашлянул и положил руку на его плечо. — Я позабочусь о Тэмине, так что не беспокойтесь и просто делайте свою работу.

На это заявление господин Ли удивлённо нахмурился и ответил:

— Но я мог бы позаботиться о нём лучше…

— Я позабочусь о нём ещё, ещё лучше, чем вы, — возразил менеджер.

— А если я сделаю это в тысячу, нет, в миллион раз лучше?

— Очень сомневаюсь. Я точно справлюсь намно-о-ого лучше вас.

— Директор Чой, так считаете только вы. Потому что я уверен, что смогу позаботиться о нём намного-много-много лучше вас…

Эти двое точно лучшие в своём деле? Пока я косился на них, подозревая, что меня обманули, подошла девушка, чтобы поправить мне макияж. Она улыбнулась и вдруг заговорила:

— Похоже, ты очень понравился фотографу Ли. Он уже давно даже в шутку никому не предлагал свою «помощь».

«Давно» означает, что раньше он так делал. Растопырив пальцы, я начал считать, сколько раз эти двое уже повторили слово «лучше», препираясь друг с другом.

— Но почему он давно этого не делал? — спросил я как бы между делом.

Она тихо ответила:

— Один актёр разбил ему сердце. После этого фотограф Ли заявил, что теперь будет заводить только короткие интрижки. Хотя, конечно, даже так не избежать сложностей. Ох, если что, я тебе ничего не рассказывала.

Я понимающе кивнул, однако на этом мои вопросы не закончились. Что-то в отношениях между фотографом Ли и менеджером, которые до сих пор продолжали свой идиотский спор, не давало мне покоя.

— Актёр, который разбил ему сердце, как-то связан с моим менеджером?

Господин Чой слишком бурно отреагировал, а фотограф выглядел немного смущённым. С самого начала было заметно, что между ними есть какое-то напряжение.

Так и не получив ответ, я перевёл взгляд на девушку. Она с любопытством наблюдала за разворачивающимся конфликтом, который теперь превратился в попытку решить арифметическую задачу: они запутались в том, кто из них произнёс слово «лучше» больше раз.

— Эм, мне не стоило об этом говорить, но так как ты в этой индустрии, то в любом случае рано или поздно узнаешь… Думаю, ты и сам уже догадался, кто это.

Я не смог сдержать улыбку, которая невольно появилась на моих губах.

Гей-объект любви господина Ли и бывший актёр менеджера Чоя, который не одобряет спонсорские отношения. Не так много людей подходят под это описание. Я тяжело вздохнул. Сон Мёншин, из-за тебя моё имя слышится повсюду, куда бы я ни пошёл.

— Это Сон Юхан, да?

Ответа не последовало, но и без того было очевидно. Её удивленные глаза сказали всё за неё.

***

После двух часов съёмки осталось только отретушировать фотографии. Поскольку моя часть работы была завершена, я направился на парковку, а менеджер остался в студии, чтобы выбрать снимки. Возможно, из-за того, что я впервые занимался чем-то подобным, на меня накатила усталость. Шагая к машине, чтобы немного отдохнуть, я вдруг услышал, как кто-то зовёт меня сзади:

— Кхм-кхм, Ли Тэмин.

Я остановился у входа на парковку и, обернувшись, увидел господина Ли. Он стремительно приближался ко мне, нервно оглядываясь вокруг, словно опасался, что его кто-то преследует.

— Кхм, а куда ты идешь?

— На парковку.

— Зачем?

— Хочу немного отдохнуть в машине менеджера.

Его глаза загорелись.

— Ты устал? Отлично! Если тебе нужно отдохнуть, можешь подняться в мой офис на втором этаже! Кстати, там мы можем обсудить мой проект…

Он с воодушевлением указал вверх.

— Не стоит, — ответил я.

— …Почему? Это из-за твоего менеджера, Тэмин?

— Нет.

— Точно? Тогда, может… просто я тебе не нравлюсь? Или тебя совсем не привлекают мужчины?

Судя по едва заметным морщинкам у глаз, фотографу было около тридцати двух-трёх лет. Но разочарованное выражение на его лице придавало ему наивный, почти детский вид. Мне вдруг подумалось, что без такого таланта ему бы пришлось тяжело в этом мире. Нет, возможно, именно благодаря таланту он сохранил такой характер. Поэтому, даже пережив большие неудачи в личной жизни, всё равно пытается найти утешение в новой любви.

Наверное, это характерно для большинства людей. После разочарования или предательства, как это случилось с фотографом Ли или менеджером, они не выбирают месть. Именно благодаря этому Мёншин смог оказаться там, где он сейчас. Но не все в мире такие. И он не учёл это. Вероятно, Мёншин не думал, что кто-то действительно потратит время и усилия, чтобы отомстить ему. Как я.

— Нет. Дело не в том, что меня не привлекают мужчины. Просто я не заинтересован в таких интрижках. Лучше найдите кого-то другого, кто сможет помочь вам справиться с разбитым сердцем.

Честно говоря, услышав, что Мёншин бросил его, я подумал, что этим можно воспользоваться. Однако мне не хотелось втягивать в это того, кто не желает мести. Достаточно и того, что у меня есть менеджер. Да и вряд ли фотограф Ли мог бы оказаться мне полезен. Поэтому я специально отвечал максимально холодно и безразлично, чтобы это оказало нужный эффект. В результате лицо моего собеседника застыло, и только спустя какое-то время он открыл рот:

— В… Вау! Что же делать? Кажется, я начинаю влюбляться в тебя!

Мне это послышалось? Я нахмурился, но его взволнованный голос подтвердил мои сомнения:

— Всё в порядке. Ничего страшного, если я тебе не нравлюсь! Просто давай развлечёмся, а я сделаю для тебя что угодно. М?

И как я мог поставить его в один ряд с менеджером? Этот мужик просто идиот.

— Чего бы ты хотел? У меня много связей, так что найти для тебя несколько рекламных предложений не будет проблемой. А ещё я дружу с одним режиссёром, он может предложить тебе роль в своём фильме…

— Не нужно! — к счастью, более громкий голос прервал фотографа. Запыхавшийся менеджер подбежал и встал передо мной. — Достаточно! Я в состоянии продвигать своих актёров. Так что оставьте его в покое, господин Ли.

— Но я могу дать Тэмину то, чего он хочет!

— Что? Откуда вы знаете, чего он хочет? Тэмин-а, ты же не говорил ему, что хочешь отомстить Мёншину?

Нет, но теперь вы рассказали. Мне следовало понять, что у менеджера слишком длинный язык, ещё когда он решил рассказать незнакомому курьеру о том, что с трудом оплачивает учёбу своих детей. К несчастью, господин Ли стоял рядом и всё услышал.

— Месть? Ты пришёл в эту индустрию, чтобы отомстить? Но кто такой Мёншин?

Менеджер облегчённо вздохнул, однако мозг фотографа уже работал на полных оборотах.

— Вспомнил! Мёншин – это настоящее имя Сон Юхана!

— О-откуда вы знаете?

Теперь у господина Ли не осталось сомнений. Широко раскрыв глаза, он уставился на меня.

— Ого, ты правда собрался мстить Юхану? Здорово!

Вместо того чтобы ответить, я посмотрел на менеджера. Встретившись со мной взглядом, он вздрогнул и отступил на шаг. Затем поспешно схватил радостного фотографа за руку.

— Господин Ли, о чём вы? Я же просто пошутил. Ха-ха, какая месть…

Менеджер пытался исправить ситуацию, но было бесполезно: даже этот идиот-фотограф ему не поверил.

— Чушь, у директора Чоя на лице всё написано. Выходит, это правда. Ах, я хочу с вами! Я тоже хочу отомстить!

Внезапно у меня пропало желание мстить.