— Как говорится, у повара руки не в масле — и амбар пуст. Я просто легитимно «снимаю пробу».
Чэнь Мо с ухмылкой нашёл оправдание для себя и Питера.
Питер принял еще тёплый кусок колбасы и откусил кусочек. Неповторимая сладость и винный аромат гуандунской колбасы пришлись как нельзя ближе к его привычным вкусам из родных мест, из-за чего он принялся согласно кивать:
— Вкус просто потрясающий!
Сам же Чэнь Мо предпочитал сычуаньские колбаски. Взяв другую палочку, он точно так же нарезал её наискосок. Эта колбаса отличалась более тёмным цветом, а жировые прослойки выглядели гораздо прозрачнее и белее, сквозь них отчетливо проступали кусочки измельченного перца чили и сычуаньского перца. Отправив ломтик в рот, он тут же ощутил, как острые и пряные нотки захватили первенство, а во время жевания сочность жира и дерзкая острота слились в безупречный танец, с каждым движением челюстей становясь только вкуснее.
После этого он нарезал для Питера пару ломтиков вяленого мяса с прожилками сала. Нарезанное мясо блестело, переливаясь тёмно-вишневым оттенком, а жирок был молочно-белым и прозрачным, источая солоноватый аромат выдержанных времён.
— Ну как, хорошее вяленое мясо? Это от нашей домашней, правильной свиноты, выращенной на зерне, а не на каком-то комбикорме, вкус мяса — во! Эта свинья, можно сказать, ела то же, что и люди, а иногда даже пила жидкую кашу из батата, жила припеваючи!
Глава 29
Аромат на кухне становился всё насыщеннее, почти все блюда были уже готовы. В этот момент у двери послышался звук поворачиваемого ключа.
Главный виновник сегодняшнего торжества — Чэнь Яо, отец Чэнь Мо, наконец-то вернулся. Он уходил за праздничным тортом, который жена заказала специально для него. Держа в руке изящную коробку с тортом и переступая порог, он почувствовал, как нахлынувшие запахи домашнего уюта и еды невольно заставили его улыбнуться.
Он переобулся и на звук направился к кухне. С первого же взгляда он заметил своего сына в фартуке, который вполне умело дорезал на разделочной доске последние ломтики вяленого мяса. Мысли Чэнь Яо витали где-то далеко: в последний раз он видел сына целых полгода назад, и с тех пор, как Чэнь Мо съехал на съёмную квартиру, дома больше не было так оживленно. Раньше, когда он скучал по сыну, ему оставалось лишь разглядывать в чате WeChat фотографии блюд, которые тот отправлял матери. И вот теперь, наконец увидев сына, этот обычно немногословный и суровый мужчина почувствовал, как в его сердце зарождается долгожданная радость…
Однако эта радость еще не успела полностью отразиться на его лице, как взгляд упал на незнакомого молодого человека, стоявшего рядом с Чэнь Мо.
Крепкий, даже слегка полноватый парень стоял возле Чэнь Мо и о чем-то оживленно с ним беседовал.
Улыбка на лице Чэнь Яо мгновенно застыла, а сердце ёкнуло.
Из друзей сына он знал только Лю Сюаня, и семьи из-за детей общались довольно близко. Но откуда вдруг, не прошло и полгода, взялся этот? Да еще и приведен прямо домой!
Чэнь Яо невольно вспомнил разговоры коллег о какой-то модной нынче среди молодежи «сычуаньской вольнице», особенно процветающей в определенных кругах… Его сын круглый год играет в видеоигры, да и общается сплошь с парнями. Неужели он тоже?..