Собирательство у моря: Начал с лопаткой и прибрал к рукам весь пляж

Решение пришло быстро: он взял карандаш в левую руку. Так-то лучше.

А-Хэ, закончивший всего начальную школу, с любопытством наблюдал за процессом.

«Крабов в сосеней деревни украли Лайбао и Чжао Хайдун. Воровали два раза. Первый раз по чучуть, низаметили. Второй раз осмелели… Лайбао в город возил продовать».

— Брат, а дядя твой тут при чем? — Не понял А-Хэ.

— А-Хэ, вспомни: кто знал, что мы той ночью столько крабов наловили?

— Кроме парней Ло, только Ту Минь… А, еще же дядя твой нас встретил! Точно! Это он настучал! — А-Хэ аж заскрежетал зубами. — Давай мы ему сегодня мешок на голову наденем…

— Остынь. Он устроил мне пару часов в участке – я устрою ему то же самое. А если Лайбао окажется не дураком и с перепугу подтвердит, что дядя был в доле – вот тогда начнется настоящая потеха.

А-Хэ расплылся в улыбке, но тут же засуетился:

— А может, мы Лайбао заранее намекнем, что на дядю валить надо?

— Нельзя. Будет выглядеть подстроено. Пусть всё идет само.

— И что теперь делать?

Чжао Цинь шикнул на него, написал еще две такие же записки и поднялся:

— Пошли. Будем бить стекла у Линь-второго.

А-Хэ, которому было всего девятнадцать, такая затея пришлась по душе – возраст для шалостей самый подходящий.

— Захвати ведро и лопатку.

— Ты же сказал, сегодня отдыхаем?

— Бери. Если кто увидит – скажем, на берег собрались.

— А, точно-точно!

Дом Линь-второго был неподалеку от дома Чжао Пина. Старые постройки теснились в верхней части деревни, новые – внизу. Проходя мимо дома брата, они увидели, что свет уже погас – после трудового дня люди спали крепко.

Они пробрались по тропинке к задворкам участка Линя. А-Хэ уже замахнулся камнем.

— Отсюда нельзя. Встанем со стороны Лайбао. Пусть эти двое ночью друг на друга поорут.

А-Хэ восхищенно выставил большой палец и хихикнул.

У забора Лайбао Чжао Цинь достал заготовленные пятнадцать юаней – три пятерки. Обернул ими записки, вложил внутрь камешки для веса и обмотал бечевкой.

— Брат, ты чего? Зачем деньгами швыряться?

— Голова ты садовая. На простую бумажку Линь-второй может и не взглянуть. А если увидит деньги – любой поднимет и прочитает, что внутри.

А-Хэ вздохнул:

— Ну ты и стратег, брат! Жалко только пятнашку. Может, потом у Линя утку слямзим для компенсации?

— Это можно. Всё равно мы теперь на путь исправления встали, вряд ли они на нас подумают.

Пятнадцать юаней – деньги немалые, и отдавать их просто так было жалко. Мысль об утке примирила Чжао Циня с потерей.

— Так, А-Хэ. На счет три. Ты бросай три обычных камня, а я – свертки с деньгами. И сразу делаем ноги.

— Там за бугром спрячемся, поглядим. Стой, брат, я еще со стороны Линя парочку к Лайбао закину!

Чжао Цинь одобрительно кивнул – парень быстро учился коварству.

По сигналу оба метнули снаряды. Послышался звон разбитого стекла – кажется, А-Хэ попал прямиком в окно Лайбао. Глаз-алмаз! Не дожидаясь продолжения, они припустили прочь, а им в спину уже неслись отборные ругательства жены Лайбао.

***

P.S. Новая книга – как хрупкий росток, ей нужна подкормка. Раз уж дочитали досюда, пожалуйста, оставьте отзыв и нажмите кнопку «Жду продолжения». Всем спасибо!