Игра возмездия: Выход за грань

Мертвец обхватил её за талию, легко поткнулся носом в затылок сидевшей перед ним женщины, а затем зарылся лицом в дрожащие волосы. Совершать такие принюхивающиеся движения лицом, у которого даже ноздри сгнили, выглядело поистине жутко.

При каждом лёгком соприкосновении пряди волос счищали с щеки гниющие куски ткани, но в выражении лица мертвеца угадывались тоска и глубокая задумчивость. Его челюсть двигалась с неестественной амплитудой, словно костям мешала разложившаяся плоть, и труп, с трудом шевеля гувами, старался излить всю свою любовь сидевшей в его объятиях красотке.

— Цяо'эр… Я так сильно скучал по тебе.

— Цяо'эр… Мне так холодно.

— …

— Цяо'эр…

По всему холлу разносился лишь голос трупа Линь Пина да учащённое биение сердца Лю Аньсинь. Девушка за стойкой, наблюдая за этой картиной и вспоминая странные водяные следы, увиденные после пробуждения, забыла про свою прерванную жадность и застыла на месте.

У неё было предчувствие: если она издаст хоть звуко или совершит хоть малейшее движение, нарушив воссоединение Линь Пина с «Чэнь Цяо», её непременно ждёт участь Мясника.

Но разве могут мертвецы двигаться?

Этот вопрос точно так же пустил корни в сознании Лю Аньсинь, но тут же мелькнула мысль: она всё ещё находится в Игре Кошмаров, а в Игре Кошмаров любые, даже самые безумные явления — в порядке вещей.

Труп за спиной — это Сущность Кошмара. Вспомнив информацию, ранее прозвучавшую от других тестировщиков, Лю Аньсинь уловила между этими персонажами некую смутную связь, которую, по крайней мере, можно было вычленить из слов мертвеца.

Эффект кристалла всё ещё действовал: в глазах этой Сущности Кошмара по имени Линь Пин она выглядела той самой женщиной по имени Чэнь Цяо.

В отличие от смертоносной жажды Мясника, к девушке по имени Чэнь Цяо Линь Пин испытывал лишь любовь.

Однако…

Ощущение объятий незнакомого мужчины вызывало тошноту. На её пальто уже налипли комочки яиц из одежды трупа, волосы и спина намокли от размягченных тканей, а кристалл мог перестать работать в любой момент.

Тогда её неизбежно ждала участь ассимиляции Сущностью Кошмара.

Сжавшись в комок от страха и не смея шелохнуться, Лю Аньсинь лишилась всяких вариантов противодействия и была вынуждена потакать эмоциям мертвеца за своей спиной.

— Цяо'эр — именно так.

— …

— Цяо'эр…

— …

Слегка высвободившись и повернувшись вбок, Лю Аньсинь оглянулась назад, приоткрыв рот, чтобы заговорить, но никак не ожидала, что разбухшее лицо окажется невероятно близко к ней. Мертвец уже открыл глаза, и его лишённые жизни, готовые выкатиться из орбит зрачки прямо в упор смотрели на неё.

— Цяо'эр…

— Почему ты молчишь?

В этот миг перепуганная Лю Аньсинь больше не могла сохранять показное хладнокровие. В конце концов она сорвалась на самый обычный человеческий крик ужаса.

— Чи Хуа!!

Глава 30

Хотя стояло лето, и дни выдавались очень жаркими, неизвестно почему по ночам в городке Синфу начинало холодать. Чи Хуа видел, что возлюбленная выглядит уставшей и, откинувшись на спинку одноместного дивана, погрузилась в сон. Ему очень хотелось поднять любимую на руки и перенести в спальню, но, взглянув на собственные бледные и бессильные руки, он в конце концов решил отказаться от этой затеи.