Прочь! От тебя несёт щенком

Старуха у постамента подняла голову, являя миру морщинистое лицо, скрытое прежде в тени. Она поглядела на световой мост, затем перевела взгляд на Бай Синьлянь и Юй Сюаньчжоу, её губы зашевелились, будто она хотела что-то сказать, но передумала.

Бай Синьлянь наклонилась, вглядываясь в фитиль, и склонила голову набок, точно разглядывая какую-то забавную безделушку.

— Какая красота.

Она выпрямилась и повернулась к Юй Сюаньчжоу. Теплый свет фонарей падал на неё сзади, окантовывая её силуэт золотистым сиянием. Протянув руку, она едва ощутимо провела кончиком пальца по его ладони — словно легонько коснулась перышком.

— Маленький бессмертный наставник, — произнесла она, разворачиваясь и снова шагая вперед; её голос доносился изпереди, лёгкий, воздушный, с ноткой неуловимой усмешки. — Чего застыл, пошли быстрее.

Юй Сюаньчжоу стоял на месте. Теплый свет парных фонарей постепенно угасал, оба светильника одновременно потухли, превратившись в две струйки сизого дыма, растворившиеся в ночи. Он опустил взгляд на собственную ладонь — ту самую руку, которой она коснулась. Затем медленно сжал её в кулак, чувствуя, как на душе скребут кошки.

Улица погружалась во всё большую тьму. Торговые ряды исчезли бесследно, уступив место обломкам каменной мостовой и ощетинившимся по обеим сторонам острым валунам. Призрачные огоньки больше не появлялись, из трещин в земле сочилось тусклое фосфоресцирующее свечение, из-за чего весь путь напоминал пересохшее русло реки.

— Наставник, чего ты нервничаешь? Неужели и впрямь повелся на мои дешевые фокусы? — хихикнула Бай Синьлянь.

Фокусы? Юй Сюаньчжоу остолбенел.

— Наставник столько времени посвятил совершенствованию, неужели не видел земных трюков? Это же элементарно. Когда я трогала фонари, то просто смазала их жиром — обычный огонь такое, конечно, запросто подхватит.

— Откуда у тебя жир?..

— Ой, наставник, ты забыл? Ты же поймал в дороге курицу, а потом вы все твердили, что задок есть нельзя, и в итоге отдал её мне, предварительно изрядно обуглив.

Юй Сюаньчжоу смущенно кашлянул. Люди их круга давно не нуждались в земной пище, да и росли все они с млых лет в бессмертных сектах — откуда им знать толк в кулинарии? Обычно суровые тренировки полностью отбивали тягу к подобным мирским радостям, и готовить еду умели лишь праздные, предававшиеся утехам практикующие.

— Ту курицу… ты разве не выбросила?..

Бай Синьлянь улыбнулась.

— Я завернула её в тряпицу. Это ведь птица, зажаренная самим бессмертным! Даже подгоревшую, её наверняка можно кому-нибудь продать.

— Вот как… а я-то подумал… — Юй Сюаньчжоу отвернулся: не умеющий находить общий язык с людьми, он явно понятия не имел, о чём еще говорить с Бай Синьлянь.

— О чём подумал? Наставник… фальшивый муж никогда не станет настоящим, — весело протянула Бай Синьлянь, после чего протянула руку к висевшему на поясе Юй Сюаньчжоу мечу.

— Что ты делаешь?..

— Кругом одни злые духи, а я всего лишь слабая смертная. Раз уж наставник притащил меня в такое место, изволь отвечать за мою безопасность. Этот твой меч выглядит внушительно — пожалуй, дай-ка его мне, духовная энергия от него послужит мне защитой. — Говоря это, она попыталась вытащить оружие.