Собирательство у моря: Начал с лопаткой и прибрал к рукам весь пляж

Закинув пустые мешки в кузов машины, он велел водителю ехать к банку.

В этот раз он положил на счет десять тысяч юаней и прикупил еще девять лотов акций Маотай. Итого у него было уже восемнадцать лотов. Потратил меньше двадцати тысяч, а в будущем это состояние раздуется до трех миллионов – от одной мысли об этом на душе становилось сладко.

— Поехали к Кенджиджи, знаешь, где это?

Водитель, услышав, что домой они еще не едут, недовольно скривился. Но когда Чжао Цинь вышел, купил две пачки сигарет «Ташань» и бутылку колы для него, лицо шофера сразу разгладилось.

Это не была пустая щедрость – в дороге нельзя злить того, кто держит руль. В конце концов, твоя жизнь сейчас в его руках.

Первым делом он повел А-Юаня за покупками. Раз уж выбрались, надо снарядить парня к школе. Хотел купить дорогую перьевую ручку, но передумал: потеряет – обидно, сломает – жалко. В итоге за 32 юаня взял две «Героические» ручки, а к ним ранец, пенал и прочую канцелярию.

Затем они зашли в отдел спортивной одежды. Чжао Цинь купил племяннику два костюма и кроссовки. Для городских детей это обычное дело, но в деревне такой наряд считался очень даже завидным.

Выбрал бренд «Анта». Как бывший солдат, он за три года службы пропитался патриотизмом до мозга костей. Увидев в интернете нытиков, ругающих страну, он мог разразиться гневным комментарием, а потом еще и жалобу отправить.

Так что всякие там «дидасы» или «найки» он принципиально не покупал.

Вкусно ли в Кенджиджи?

Раз в год – вполне. Раз в месяц – сойдет. Но если чаще, то Чжао Циня начинало воротить от жареного масла. Как только иностранцы умудряются питаться этим трижды в день?

— Младший дядя, это точно курица? — Разочарованно спросил Чжао Цзюньюань. — Вкуса совсем нет, мамкина жареная курица куда лучше.

— Ха-ха, ну куда этому фастфуду до наших домашних кур. Будешь еще?

Чжао Цинь заказал целое «баскет» – ведро, но сам съел только одно острое крылышко. А-Юань осилил бургер и наелся. Глядя на гору оставшейся еды, он предложил:

— Давай домой заберем, пусть отец с матерью попробуют.

— Ладно, пошли. Бери картошку, по дороге дожуешь.

В поселке Чжао Цинь накинул водителю десятку, и тот довез их прямо до деревни. По пути он звякнул А-Хэ, велев тому подтягиваться к дому старшего брата.

Вернулись они к семи вечера, когда еще не совсем стемнело.

Брат уже проснулся и чинил во дворе стул – спинка расшаталась. Дело нехитрое: вбил гвоздь под углом, и готово.

— Опять ты деньги на ветер бросаешь! Зачем А-Юаню столько всего? — Ся Жун, увидев пакеты, одновременно радовалась и сокрушалась о тратах.

— Да копейки это. Увидел на Хутоу спортивный костюм, вот и купил нашему пару штук.

— Так у Хутоу дед – секретарь сельсовета! Куда нам до них…

У Чжао Циня дернулся глаз. Тоже мне, великий чин!

— Брат, бросай дела, считать будем. А где А-Хэ? Я ему звонил.

— Я утку забила, велела ему бабушке кусок отнести, она ведь тоже все утро помогала, — ответила Ся Жун, разбирая покупки.

— Папа, мама, это я вам оставил! — А-Юань подобострастно протянул пакет из Кенджиджи.