Однако Ин Чжэн тут же отпустил напряжение и даже подался вперед, позволяя чужой ладони полностью лечь на его лопатки.
Это доверие стоило тысячи слов.
Уголки губ Лу-шэна едва заметно дрогнули в подобии улыбки, он закрыл глаза и сосредоточился, пуская в ход циркуляцию первичной энергии.
Энергия хлынула из его ладони, медленно и мягко впитываясь в плоть Ин Чжэна.
Свойства первичной энергии открылись Лу-шэну с новой глубиной уже после того, как он перешагнул ступень Юаньши.
Первичная энергия была первоосновой мироздания, сущим началом, что пронизывало всё и вмещало в себя всё.
Она могла стать разрушительной: одним росчерком ладони рассечь многовековое дерево, содрогнуть землю под ногами легким шагом.
Но она же могла стать и целительной: исцелять каналы, латать повреждения, изгонять яды и пробуждать увядшую жизнь.
Всё зависело от воли того, кто ею владел.
Теплое дыхание энергии просачивалось по меридианам Ин Чжэна дюйм за дюймом.
Лу-шэн стоял с закрытыми глазами, кожей ощущая отклик блуждающей внутри государя энергии.
Состояние меридианов, органов, движение крови и дыхания – всё это через осязание первичной энергии представало перед ним с кристальной четкостью.
Истинное положение дел в теле Ин Чжэна оказалось куда хуже, чем Лу-шэн предполагал.
Меридианы были забиты в самых разных местах, а на некоторых зияли тончайшие трещины.
Пять плотных и шесть полых органов также внушали тревогу: особенно легкие и печень, где скопились залежи ядов и застоявшейся крови, почерневшие от времени и источающие тлетворный дух тлена.
Но больше всего Лу-шэна тревожило разлитое в теле Ин Чжэна «чувство дряхления».
То было системное увядание: клетки утрачивали активность, органы деградировали, угасало даже кроветворение в костном мозге.
Беды эти копились не день и не два: они стали горьким плодом двадцати лет надрыва, изнурительного труда и одержимости поисками эликсира бессмертия.
Тело Ин Чжэна напоминало изношенный до предела механизм, готовый в любую минуту развалиться на мелкие шестеренки.
Хотя, к счастью, он вовремя повстречал меня.
Лу-шэн мысленно перевел дух: опоздай он всего на несколько дней, застань Ин Чжэна слегшим в Пинюаньцзине при смерти – даже удивительные свойства первичной энергии потребовали бы титанических усилий, чтобы вытащить человека с того света.
Но теперь время ещё не было упущено.
Лу-шэн глубоко вздохнул и направил в тело государя еще больше первичной энергии.
Сначала волна энергии вошла через ключевые точки на спине Ин Чжэна, потекла вверх по управляющему меридиану Ду-май мимо точек Мин-мэнь, Сюань-шу, Цзи-чжун, Чжун-шу, Цзинь-со, Чжи-ян, Лин-тай, Шэнь-дао, Шэнь-чжу, Тао-даo – и прямой наводкой устремилась к точке Да-чжуй.
Таков был базовый круг циркуляции.
Там, где проходила энергия, забитые меридианы прочищались один за другим, тончайшие трещины зарастали под целительным напором, разрывы срастались заново, а иссушенные участки вновь наполнялись влагой.
Затем пришла очередь зачаточного меридиана Жэнь-май. Энергия разделилась у Да-чжуй и двинулась вниз по передней срединной линии тела, проходя через Тянь-ту, Сюань-цзи, Хуа-гай, Цзы-гун, Юй-тан, Шань-чжун, Чжун-тин, Цзю-вэй, Цюй-цюэ, Шан-вань, Чжун-вань, Цзянь-ли, Ся-вань, Шуй-фэнь, Шэнь-цюэ, Ци-хай, Ши-мэнь, Гуань-юань, Чжун-цзи – вплоть до лобковой точки Цюй-гу.