Цзян Чэнь прыснул со смеху, но стоило Сэ Аню пригвоздить его взглядом на месте, как он тут же утих.
Сэ Ань отвел Цзян Чэня на пару шагов к дереву и заговорил вполголоса. Линь Сяосяо навострила уши, но уловила лишь отдельные обрывки фраз: «В столице», «Беспокоюсь», «Не поднимать шум». Она презрительно скривила губы, возвращаясь к своему супу. Подумаешь, князь! Тоже мне владыка загробного мира, чего тут трепетать.
И все же в глубине души она затаила любопытство. Мужчина, которого величают князем, обитает в развалинах посреди глухих гор, держит при себе преданного до гроба слугу, а сам на любые внешние события отвечает лишь равнодушным «как пожелаешь» – в этом его падении отчетливо угадывалась пружина, готовая в любой момент распрямиться.
Пружина, до боли похожая на нее саму.
Вскоре Сэ Ань отпустил Цзян Чэня внутрь греться у очага. Парень оказался на редкость разговорчивым, не выпуская из головы свои заботы. По расспросам Линь Сяосяо выяснилось, что за те полгода, что Сэ Ань провел в горах, он не сидел сложа руки: Цзян Чэнь регулярно доставлял ему вовсе не сокровища, а стопки свитков по сельскому хозяйству, подробные карты местности и сводки рыночных цен на зерно со всех концов страны.
─ И Ваша Светлость над этим ломает голову? – изумилась Линь Сяосяо.
Цзян Чэнь понизил голос и посмотрел на нее так, будто она изрекла глупость: ─ Мой господин сызмальства увлекался подобными вещами. В те годы, когда его отстранили от дел, он до дыр затер три полных комплекта государственных указов о военных поселениях и земледелии. Не смотрите, что он сейчас забился в эту глушь, в мыслях он держит куда больше, чем те чинуши, что ежедневно ходят на утренние доклады в столице.
Сердце Линь Сяосяо дрогнуло.
Она понимала таких людей. Да и сама была точно такой же – когда-то, ведя блог о еде, со стороны казалось, что она просто возится с кастрюлями и сковородками, а на деле сутками просчитывала охваты, цепочки поставок и психологию потребителей, желая выжать максимум даже из простой миски риса.
Пусть дела идут прахом, ум никогда не дремал.
Этот человек, как и она, отличался неуемной страстью к делу.
Она не удержалась и бросила на Сэ Аня еще один взгляд. В отблесках пламени его лицо по-прежнему казалось холодным, но в том, как его пальцы с отчетливыми суставами перелистывали агрономический трактат, сквозила неизбывная, железобетонная уверенность.
─ Эй, ─ внезапно подсев к нему ближе и лукаво улыбнувшись, произнесла она. ─ Ваша Светлость, когда эти ваши познания о земледелии окажутся без надобности, разве не тоскливо?…
Пальцы Сэ Аня, переворачивавшие страницу, замерли на мгновение.
─ Тебя это не касается.
─ С чего бы не касается, ─ с видом полной правоты заявила Линь Сяосяо. ─ Мне сейчас тоже позарез нужен покровитель, чтобы подняться. Смотри: я собираюсь выбраться из гор и для начала раскинуть лоток, торговать тем, что умею лучше всего, а как накоплю капитал – открыть лавку. Ты, князь, всё равно сидишь без дела, не хочешь стать моим первым инвестором?
Она говорила с абсолютно серьезным видом, так, будто они действительно заключали сделку.