Завоевать меня? Лучше уж я убью тебя!

Глава 22: Хилл

Иван отпустила Мерфи на самостоятельную работу – ей нужно было побыть одной и кое о чём подумать.

Вслед за уходом Мерфи в мастерской воцарилась тишина, а его слова о том, что профессор Хилл ведёт себя странно и почему-то недолюбливает его, продолжали крутиться у неё в голове.

Она подняла руку, потёрла переносицу и принялась рассеянно разглядывать серебряный обруч на запястье, из-за чего на поверхность всплыли события давних лет, которые она давным-давно перестала ворошить.

Хилл Ванс.

Первый эльф, родившийся во всей континентальной чаще.

Когда-то давно это море лесов было мёртвым и безмолвным: деревья оставались просто деревьями, цветы – просто цветами, и ничто не нарушало тишину, кроме утреннего щебетания птиц.

В ту пору Иван только-только осознала, что те, кто на словах клялся ей в любви, на самом деле преследуют единственную цель – убить её. Охваченная паникой и уверенная, что кругом одни враги, она металась из стороны в сторону, пока наконец не укрылась в первозданном лесу, куда никто не мог её отыскать.

Тогда Иван ещё не понимала, почему её окружают столь странные личности, и понятия не имела, что этот мир – всего лишь игра, – она чувствовала лишь то, что за ней охотится целая толпа непонятных субъектов.

Именно тогда она и познакомилась с Хиллом.

Поначалу Хилл был совсем наивным и ничегошеньки не смыслил в жизни.

Завидев Иван, он послушно замирал на месте и робко спрашивал: ─ Кто ты? Зачем ты пришла сюда?

Иван тогда валилась с ног от усталости. Сообразив, что этот эльф родом из того же мира, откуда и она сама, и смертельно устав от преследований со стороны тех людей, она внезапно решила подшутить над ним.

─ Я пришла сюда только ради того, чтобы встретиться с тобой.

Иван улыбалась так лучезарно, словно и впрямь была рада встрече с Хиллом.

Впрочем, её трудно в этом винить – в конце концов, каждый из тех чудаков именно так с ней и разговаривал.

Хилл был абсолютно доверчив: он никогда прежде не видел людей и даже не подозревал о существовании лжи.

─ Как замечательно! Я ещё никогда не встречал эльфов, похожих на меня. Можешь остаться.

Он даже не догадывался, что на свете существуют другие «люди». Для Хилла, который с самого рождения знал лишь общество лесных зверей, эта «штуковина» перед глазами издавала звуки, имела на макушке волосы, ровно как у него, два глаза, один нос и один рот.

Раз так – значит, они сородичи.

Стоило прозвучать этой фразе, как Иван осталась.

Поскольку в глубине чащи другие эльфы ещё не появились, это значило одно из двух: либо те странные люди не умели проникать сквозь лесную чащу, либо, попав внутрь, превращались в каких-то животных – так или иначе, больше они её не беспокоили.

То время было счастливым и для Хилла, и для Иван.

Иван рассказывала Хиллу множество историй об этом мире; они вместе взбирались на самые высокие деревья в ожидании рассвета, давали имена новорождённым оленятам и радовались каждому распустившемуся цветку.

Конечно, не обходилось и без шалостей: Иван то и дело устраивала Хиллу каверзы.

Например, превращала все его длинные волосы в тугие барашковые кудри; раскрашивала его светло-золотые крылья во все цвета радуги или вовсе заменяла все его мантии платьями.