Завоевать меня? Лучше уж я убью тебя!

У Иван сердце рухнуло в пропасть.

В тот миг её охватила паника.

Те странные люди объявились вновь.

Мало того, что раньше они преследовали исключительно её, теперь они нацелились и на Хилла.

Она до сих пор помнила тот сценарий, ведущий к гибели…

Влюбиться, отдать своё сердце, а затем быть зарубленной странными людьми, после чего необъяснимым образом воскреснуть, но лишиться первородной магии.

Хилл был слишком чист душой – если он и впрямь полюбит, ему неминуемо придёт конец.

Сама Иван не имела ни малейшего понятия, почему после гибели осталась жива и почему потеряла собственную первородную магию. Но что, если гибель Хилла окажется настоящей смертью? Что, если смерть станет окончательным пределом его жизни?

Тогдашняя Иван была слишком юна и не видела никакого иного выхода, кроме как бежать.

Однако Хилл родился в этом лесу и никуда не уйдёт. Да даже если бы он ушмыгнул, куда податься? К тому же весь этот лес был населён его сородичами.

Единственным средством, которое пришло ей на ум, оставалось запретное заклинание.

Тем же вечером она удержала Хилла за руку.

─ Хилл, ты веришь мне?

Хилл без колебаний ответил: ─ Я всегда буду верить тебе, Иван.

Иван стиснула зубы и чеканила каждое слово:

─ Я наложу на тебя заклятие. Какое-то время тебе придётся несладко, зато… это позволит тебе жить без забот, по крайней мере, остаться в живых.

─ Что за заклятие?

─ С этой минуты, стоит тебе в кого-нибудь влюбиться, ты немедленно забудешь это чувство, – тихо произнесла Иван. ─ Любовь – бесполезная вещь; пока нет влюблённости, не будет и смерти.

Да… пока сердце не познало любви, до убийства дело не дойдёт.

Хилл не улавливал скрытого смысла – впрочем, и немудрено, ведь тогда он даже не знал, что такое любовь; он просто послушно кивнул.

─ Ты не причинишь мне зла.

В тот момент, когда заклинание пало на него, вспыхнул ослепительный свет, и Хилл заснул прямо в центре магического круга – как она ни будила его, разбудить не удавалось.

Иван не была уверена до конца, увенчался ли ритуал успехом, поскольку применяла это проклятие впервые. Ей оставалось лишь дежурить у постели Хилла в ожидании его пробуждения.

Но со следующего же дня всё перевернулось с ног на голову.

Взгляд, которым Хилл оглядел её, был холоден и чужд.

Он разгладил складки на мантии, отмахнулся от её попытки коснуться его лба и зашагал прочь, не оглядываясь.

Иван не удержалась и окликнула его: ─ Как ты себя чувствуешь?

Голос Хилла звучал равнодушно, отстранённо и даже с ноткой раздражения.

─ Никаких проблем. Будь любезна держаться от меня подальше.

Иван остолбенела.

Поскольку она впервые в жизни применила запретное заклинание, у неё отсутствовал опыт, и она решила, что в чарах произошёл сбой.

Неужели её попытка насильственно перекроить его чувства заставила его возненавидеть её? Неужели это проклятие причиняло ему невыносимую боль?

Юная Иван металась между ужасом и угрызениями совести.

─ Это я во всём виновата? Как ты себя чувствуешь? Я могу снять заклятие, я –

─ Излишне, – наотмашь оборвал её Хилл. ─ Я не желаю иметь с тобой ничего общего. И если возможно, убирайся из моего леса сию же минуту.