Боевые искусства!

А вот с Чэн Куйцяном нужно держать ухо востро. Он от природы наделен божественной силой и еще до того, как начал заниматься кунг-фу, мог бороться на равных с бойцами Пурпурной мембраны. Говорят, он вдобавок освоил жесткий цигун под руководством Будды с Львиной Головой. Вэньу, ты уже месяц как на Пурпурной мембране – если столкнешься с ним, ищи подход, побеждай за счет ловкости и ни в коем случае не лезь на рожон.

Вэньу кивнул: ─ Не беспокойтесь, учитель! Вэньу одержит победу!

Мастер Е сделал глоток чая и заключил: ─ Кто будет последним бойцом, я и сам не знаю, старик Хуан решит. В любом случае, с вашим уровнем подготовки любой из них обречен на проигрыш.

…

Ранним утром, проснувшись, Ли Сювэнь обнаружил на подушке пачку купюр на пятьсот баксов.

Спрятав деньги, он почувствовал, как в груди разливается спасительное тепло.

Спускаясь вниз, он бросил взгляд на тетю, которая уже вовсю месила тесто, и улыбнулся: ─ Я на тренировку. Если что-то случится, звоните в школу.

Лицо тети выглядело уставшим, глаза покраснели от недосыпа, но она ободряюще улыбнулась: ─ Иди.

Брат Цзи был мертв, но Тринадцать старейшин всё еще оставались на свободе, и Ли Сювэнь не смел терять бдительность.

Третий господин вполне мог оказаться мастером Пурпурной мембраны, поэтому ему приходилось дорожить каждой секундой, чтобы довести стойку Морского Песка до малого предела и вырастить Пурпурную мембрану.

…

Школа боевых искусств Сыхай.

В кабинете Хуан Хайхай доел гусиную ножку и облизал пальцы, пока третья жена массировала ему плечи.

Она игриво поинтересовалась: ─ Хозяин, в следующем месяце мастер Е придет с визитом, сможем ли мы выиграть?

─ Не выиграем, главное – не проиграть с позором, ─ Хуан Хайхай не слишком переживал по этому поводу.

Стиль Морского Песка слишком долго плелся в хвосте среди ортодоксальных школ, к этому давно привыкли.

Раздался стук в дверь: тук-тук-тук.

─ Мастер Хуан, это я, А Вэнь.

─ Заходи, ─ старик Хуан шлепнул третью жену по заднице, давая знак уйти.

Войдя, Ли Сювэнь улыбнулся: ─ Здравствуйте, третья тетя.

─ А Вэнь в этом месяце заметно возмужал, мастер Хуан прекрасно обучает учеников, ─ улыбнулась женщина и, покачивая бедрами, вышла.

─ Учитель, я продлеваю абонемент, ─ произнес Ли Сювэнь.

─ Те две рыбные тефтели уже кончились? ─ поинтересовался Хуан Хайхай.

Ли Сювэнь кивнул.

Хан Сыхай произнес суровым тоном: ─ Я знаю, что ты тоже хочешь принести славу залу, но повторюсь: тефтели лучше приберечь для прорыва, не стоит на них слишком сильно полагаться.

Я люблю деньги и больше кого бы то ни было хочу продать побольше тефтелей… Но я всё-таки твой наставник и не хочу, чтобы ты сбился с пути и заработал помутнение рассудка.

─ Ничего страшного, учитель, я контролирую ситуацию, ─ ответил Ли Сювэнь.

Хан Сыхай усмехнулся: ─ Ничего ты не контролируешь… Любое лекарство наполовину яд, а яд этих тефтелей куда сильнее. Как думаешь, почему макушка нашей статуи патриарха такая острая?

Глава 21: «Кандидат в даосы, убивающий китов»

Ли Сювэнь перевёл взгляд на странное изваяние «Патриарха Девяти Драконов» в домашней курилке: разинутая пасть, заострённая макушка, широкая и круто вздымающаяся спина.