Боевые искусства!

Пообедав, Ли Сювэнь ушел – после полудня ему нужно было отбыть смену на рыбном заводе.

Глядя вслед уходящему А Вэню, тетя чувствовала себя не в своей тарелке.

─ Упертый сорванец, ну вылитый мой второй братец! Как вернется Ын-гэ с работы, сварю знатного супа да поговорю с ним по душам.

…

Уже ночью. ─ Я дома, ─ ссутуленный мужчина в рубашке, с темными кругами под глазами, обессиленно распахнул дверь.

Чэнь Цзыи, дядя Ли Сювэня.

Тетя, подпоясавшись фартуком, расплылась в улыбке: ─ Ын-гэ, ты припозднился, устал, должно быть.

─ Мм? К чему это вдруг такой тон, Ин-мэй, что стряслось? ─ подозрительно покосился на нее Чэнь Цзыи.

─ Я суп сварила, заходи скорее, пока горячий, ─ тетя потянула мужа за рукав.

Бросив сумку, Чэнь Цзыи хлебнул из пиалы и спросил: ─ Выкладывай давай, что на этот раз?

─ Помнишь, в прошлом месяце с А Вэнем приключилась беда? Его здорово приложили, вот он и загорелся обучению единоборствам. Две тысячи уже отложил, да не хватает… Давай ему добавим, а? – заговорила тетя.

─ В единоборства? – лицо Чэнь Цзыи окаменело, он погрузился в тяжелое молчание.

Глава 3: «Лунцзиньдао и Тринадцать защитников»

─ Учиться драться – это прекрасно! Вдруг А Вэнь сможет добиться успеха, и тогда наша семья в Кол-сити наконец поднимет головы? ─ с улыбкой произнесла тетя.

─ В Кол-сити миллион жителей, и скольким из них удается чего-то добиться? ─ покачал головой Чэнь Цзыи, сделал глоток супа и продолжил: ─ Все говорят, что на самом дне этого города есть четыре непреложных зла: блуд, азартные игры, кулачный бой и наркотики… Но если в азартных играх еще можно испытать удачу и подзаработать, то кулачный бой – это настоящая бездонная яма. Нам, простым беднякам, даже подступаться к нему нельзя.

─ Не попробуешь – не узнаешь. Без боевых искусств так и останешься на дне до конца дней своих.

─ А Вэнь очень умен. Раньше, в Шэнго, обстоятельства не позволяли, но как старший член семьи я хочу, чтобы он подтянул учебу и нашел нормальную работу.

─ Какая же это нормальная работа – махать кулаками? Освоит хоть какое-то ремесло, пойдет в каскадеры, а глядишь, пригляйдется какому-нибудь именитому режиссеру – чем не второй [мистер Лун]?

─ Выжившие благодаря чистой случайности… Сколько людей гробят здоровье на тренировках, зарабатывают шрамы на все тело и в итоге остаются ни с чем, продолжая горбатиться на самой грязной работе.

─ Ты у нас книжки читал, ты у нас самый умный, ладно уж.

─ А Вэнь разве не может сам зарабатывать?

─ Если парень будет рассчитывать только на свои заработки, ему еще полгода придется копить на тренировки. Даже если он начнет заниматься, потом ведь за обучение платить надо, откуда у него такие деньги?

─ И что теперь, содержать его до конца жизни? Сама знаешь: бедные учатся литературе, богатые – боевым искусствам. Те две тысячи выкупа уже вычистили все наши многолетние сбережения.

─ Расписку напишет, не просто же так отдаем. А Вэнь парень башковитый, я верю, что даже если с боевыми искусствами ничего не выйдет, он найдет способ нам вернуть.

─ Инмэй, не сочти занудой… Но по правде говоря, если бы не А Вэнь, мы бы уже давно съехали из этого проклятого города.