Игра возмездия: Выход за грань

Глядя на двоих мужчин, которые уже ушли далеко вперед, взвалив на плечи еще не догоревший труп, Ли Чжи отряхнул прилипшую сзади пыль и бросился вдогонку за их удаляющимися силуэтами.

Ночной ветер на задней горе дул вовсю. Бежавший Ли Чжи хоть и заметил это, но не придал особого значения тому, почему ледяные потоки воздуха бьют ему в спину с такой пугающей точностью.

Особенно если бы он мог увидеть женщину у себя за спиной, чья шея была неестественно запрокинута.

В лунном свете, прямо над тенью Ли Чжи, женщина с хрустом и треском развернула голову по невероятно широкой дуге, полностью обратив лицо вперед. Ее черные руки старательно избегали любых прикосновений к Ли Чжи, а щеки то и дело надувались, когда она тихонько сдувала пыль с его одежды.

Если не принимать в расчет ее жуткое лицо, странное телосложение и пустые глазницы, сейчас эта женщина походила на обычную мать, которая с трепетной заботой ухаживает за своим ребенком…

Хотя стоило любой ткани соприкоснуться с ее руками, как та мгновенно теряла все свойства.

Ли Чжи даже не догадывался, что спасшиеся этой ночью кошечки искренне благодарили до седьмого колена всех его предков.

Хотя те кошки, что отведали мяса в ту ночь, ни о чем таком не знали и понятия не имели, что пахнущее аппетитное тушеное мясо было равносильно яду — они двигались лишь по зову инстинктов, пытаясь выжить.

— Да чтоб я… — Возвращаясь по той же дороге, которой пришел, Ли Чжи наступил в траве на что-то мягкое и в испуге пнул это ногу прочь.

Судя по длинной форме предмета в лунном свете, его мягкой, пружинящей текстуре и едва блестящему узору на чешуе, это была змея.

Заметив характерную треугольную голову, Ли Чжи посчитал огромной удачей, что его не прикончили на месте.

— Видимо, всю удачу, что должна была принести мне выигрыши с самого детства, я спустил на этот раз…

Напуганный до такой степени, что уши уже не улавливали в шуршании травы разницу между живыми существами и ночным горным ветром, Ли Чжи зашагал еще шире. Практически на цыпочках, он поспешил догнать шедших впереди мужчин.

Вход в городок напомнил вечернее кладбище: ночной городок Синфу погрузился в абсолютную тишину. Слышно было лишь как хлопают крылья птиц, как они прыгают по черепичным крышам, да возятся крысы в водостоках вместе с затаившимися впотьмах кошками.

Горожане исчезли.

Взгляды Чжай Юаньлуна и его спутника синхронно устремились на молодого человека, который как-то неестественно озирался по сторонам.

— Э-э… понимаете, я забыл сказать.

— В банках и кувшинах в доме Мясника битком набито мясо. Все жители городка, которых можно было увидеть днем, сейчас там.

— Ха-ха, ну а если подумать, стоит всё это сжечь — и никаких проблем не останется. — С этими словами, проигнорировав взгляды спутников, от которых за спиной чуть ли не мороз по коже шел, Ли Чжи под нос себе напевал какую-то мелодию и, глядя в небо, зашагал к дверям гостиницы.

Только он сам знал, как неловко ему было секунду назад и как дико колотилось сердце в груди.

— Тук-тук! — Чжай Юаньлун постучал в дверь. Девушка с ресепшена, услышав стук, выглянула со второго этажа вниз, а заметив внизу знакомые силуэты, исчезла из окна. Послышалась череда торопливых шагов, и дверь отворилась.