Сяомань:
─ …
Уездный начальник Лу невольно усмехнулся.
─ Ладно, пойдешь со мной. Но если станет тяжело – скажешь.
Временная управа при уездном суде. Управляющий Цинь был накрепко привязан к столбу, а его физиономия распухла до размеров свиной головы.
Начальник Лу звонко ударил о столик судейской колотушкой.
─ Цинь Юдэ, недостающие страницы книги найдены, ты все еще не намерен говорить?
Бегающие глазки управляющего Цинь заметались.
─ Говорю! Всё скажу! Это Цинь Ваньшань заставил меня! И рудник его, и людей он хватал, и Цзян Яньчжоу по его приказу в застенки бросили!
Начальник Лу прищурился:
─ За что его упрятали?
Управляющий Цинь заскрежетал зубами:
─ Тот обнаружил в шахтах человеческие кости да еще книгу записей прибрал к рукам. Хозяин сказал, что от него одни беды и оставлять его в живых нельзя.
─ Почему же не убили?
Лицо управляющего Цинь побелело еще сильнее.
─ Хозяин говорил… что у Цзян Яньчжоу непростое происхождение и просто так убивать его нельзя. Надо выбить из него сведения о местонахождении одной нефритовой подвески.
Шэнь Цинхэ резко вскочила на ноги:
─ Какая подвеска?!
Завидев ее, управляющий Цинь вжался в столб от страха.
─ Не знаю! Ей-богу не знаю! Слышал только, как хозяин упоминал что-то про северных защитников, про семью Цзян…
Уездный начальник Лу переглянулся с Шэнь Цинхэ, и лица обоих помрачнели.
Сяомань склонился над записями и вдруг указал пальцем на одну из строк:
─ Ваша честь, здесь ошибка.
Начальник Лу наклонился к нему:
─ Где именно?
Голос Сяоманя звучал напряженно:
─ Доходы от рудника ежемесячно отправлялись в особняк Цинь в уездном городе, но в одной графе значилось «Орлиная дань», и сумма там превышает рудничные сборы.
Взгляд уездного начальника стал свинцовым.
─ Орлиная дань?
Управляющий Цинь мгновенно захлопнул рот.
Начальник Лу холодно усмехнулся:
─ Молчишь?
Нобао вдруг выглянула из-за плеча Шэнь Цинхэ.
─ Он говорит, что на сердце у него иероглиф «Ан».
Лицо управляющего Цинь мгновенно потеряло остатки краски.
─ Т-ты… да ты настоящая нечисть!
5
Нобао обиделась.
─ Ноно не нечисть, Ноно – матушкино сокровище.
Суйъань гордо упер руки в бока:
─ И моя сестричка!
Сяомань невозмутимо добавил:
─ И та, с кем ты начнешь говорить правду.
Уездный начальник Лу в один миг вцепился в воротник управляющего Цинь:
─ Что за «Ан»?
Совсем растерявшегося от ужаса управляющего Цинь прорвало на истеричный крик:
─ Поместье маркиза Аньпина! Это поместье маркиза Аньпина! За спиной Цинь Ваньшаня стоит поместье маркиза Аньпина!
В зале судебных заседаний воцарилась мертвая тишина.
Медленно разжав пальцы, уездный начальник Лу стоял с мрачнее тучи лицом.
─ Обычный нелегальный рудник в уезде – и тот тянется нитями к столичным титулам.
Трясущийся управляющий Цинь завыл:
─ Ваша честь, я во всем сознался, пощадите мою жизнь!
Начальник Лу отрезал холодно:
─ За те жизни, что ты сгубил, миловать тебя не мне.
В этот момент в залу пулей влетел стражник.
─ Ваша честь! Беда! Цинь Ваньшань сбежал!
Начальник Лу резко обернулся:
─ Как сбежал?!
Задыхаясь, стражник доложил: