Оковы великого детектива: Город проклятых тайн

— Я лишь говорю, что нельзя сбрасывать со счетов такую возможность.

— Шутите! И как, по-вашему, я его выпустил? Хотите сказать, что я видел убийцу в коридоре и промолчал? — истерично завопил Аоно. — Вспомните-ка хорошенько: это вы сами велели мне идти налево, а вам направо. Дай вы тогда противоположное указание, и убийцу обнаружили бы вы сами. Разве план убийцы мог быть настолько непродуманным?

— Ну что вы, — покачал головой я. — Разве он мог быть непродуманным? Напротив, он продуман до мелочей и близок к совершенству. Разумеется, убийца уходил вовсе не по коридорю.

— Эй-эй, погодите-ка, — вмешался инспектор Окавара. — Не спрыгнул с коридора и не сбежал по нему — тогда откуда? Где еще оставался путь к отступлению?

— Инспектор, в том-то и разгадка: убийца вообще никуда не сбегал.

— А…

По рядам пронесся удивленный шепот.

— Что? — нахмурился инспектор.

— А перед этим давайте по традиции проведем небольшой эксперимент. Инспектор, вы готовы?

— Да, вот.

Инспектор кивнул подчиненному, и тот принес арбалет и стрелу. Я взял их в руки.

— Это арбалет и стрела, которые убийца использовал в преступлении. Сейчас я сделаю выстрел, — объявил я, вкладывая стрелу в ложе.

— Эй, это же опасно! — испуганно замахал руками инспектор.

— Прошу всех немного отойти назад.

Я отступил к стеклянной двери, встал лицом к собравшимся и натянул тетиву.

— Ох… — толпа шарахнулась в стороны.

Я прицелился в нижний край висевшего на стене портрета кисти Тулуз-Лотрека и спустил курок. Тяжелый толчок отдался в руках, а следом раздался звонкий удар.

Стрела вонзилась прямо в центр портрета. Прошу простить, это был мой первый в жизни выстрел.

Подойдя ближе, я убедился, что результат эксперимента полностью совпал с моими ожиданиями.

— Как я и предполагал.

— Что? — спросил инспектор Окавара. — Что ты предполагал?

Я обвел взглядом присутствующих:

— Я только что выстрелил прямо от стеклянной двери. По первоначальной версии, убийца стрелял снаружи, через эту же дверь. Поскольку господин Хида находился на некотором расстоянии от стены, у нас есть все основания полагать, что дистанция моего выстрела и выстрела убийцы практически совпадала.

Несколько человек кивнули.

— А теперь взгляните на эту стрелу, — я указал на древко, торчащее из картины. — Точнее говоря, на ее хвостовик. Паз на нем сделан для того, чтобы вставлять стрелу в тетиву. Когда натягиваешь лук или арбалет, этот паз располагается параллельно земле. Однако сейчас мы видим, что он стоит вертикально. Почему так? Потому что в полете стрела вращается. Оперение закреплено под определенным углом специально для того, чтобы повысить точность попадания. Общеизвестно, что вращение стабилизирует полет как стрелы, так и пули. Но теперь мне придется показать вам одну фотографию, на которую смотреть будет не слишком приятно.

Я взглянул на инспектора Окавару и спросил:

— Вы захватили снимок, о котором я просил?

— Вот, — инспектор протянул мне полароидную карточку.

Убедившись, что на ней изображено именно то, что нужно, я поднял фото повыше.

— Взгляните все.

Люди подались вперед, пытаясь рассмотреть снимок.