Байчжи опустила голову: ─ Управление фармации ведет учет, осмотр назначен по высочайшему повелению, ровно три четверти часа, без нарушений правил.
Тот презрительно фыркнул и махнул рукой, разрешая идти дальше.
Она уверенной походкой зашагала вперед и лишь завернув в тихий переулок, вытащила из рукава серебряную иглу – на её конце блестела капля крови, украдкой счищенная во время проверки пульса. Спрятав иглу в потайное отделение шкатулки, она пробормотала про себя: ─ И впрямь «кровь Игрока», от неё даже татуировка начинает гореть.
Она подняла взгляд и бросила долгий взгляд в сторону Холодного дворца.
─ В этой партии кто-то должен сделать первый ход.
А в самом Холодном дворце Му Цинвань тем временем растирала в порошок сухие листья полыни, смешивая их с чайным осадом. Это были те самые благовония, что она раздобыла в покоях цзеюй Шэнь, только в них недоставало половины порции успокаивающей травы.
Она помнила слова, оброненные Се Минчжоу перед уходом прошлой ночью: «Не надейся слишком сильно и не делай опрометчивых шагов».
Но с некоторого поры ждать больше было нельзя.
Она разжала ладонь: осколок фениксовой короны тихо покоился на коже, трещины на нем никуда не делись, а края слегка пылали жаром. Она знала, что это не обман чувств – стоило ей приблизиться к разгадке на шаг, как он начинался раскаляться.
Точно так же, как и сейчас.
Она закрыла глаза и с силой впилась ногтями в ладонь.
Кровь выступила наружу, капнула на осколок, издав тихое шкворчание.
Тончайший золотой узор на металлической поверхности вспыхнул и тут же погас, словно отвечая на зов.
Она открыла глаза, взгляд её был тверд и непоколебим.
Игроки… судя по всему, их куда больше, чем один.
Аптекарская шкатулка легонько стукнулась о каменный выступ дворцовой стены на повороте, нижнее двойное дно сдвинулось, и наружу на полдюйма выскользнул тонкий лист бумаги – на нем был наброшен чертеж человеческих меридианов, где в области сердца красовался цветок сливы, а рядом стояли два мелких иероглифа: «дочерний гу».
Глава 5: «Коварный план с мнимой беременностью и загадка двойника»
Му Цинвань вернула ту капля крови на кончик пальца и медленно стерла её платком. Осколок фениксовой короны, спрятанный в заколке, всё еще хранил тепло, словно раскаленный кусок железа, выхваченный из огня, и жег кожу головы. Она больше не закрывала глаз, лишь крепче сжала платок, так что суставы пальцев побелели.
Полгода назад – нет, всего полчаса назад серебряная игла, оставленная Байчжи в потайном отделении шкатулки, легонько витнула. Это был условный знак: сегодня цзеюй Шэнь перейдет к действиям.
Она поднялась, накинула скромный плащ, не стала звать Цютан и в одиночестве шагнула за железные ворота Холодного дворца. Сторожевой евнух попытался преградить ей путь, но она осадила его короткой фразой: ─ С высочайшего повеления иду засвидетельствовать почтение. ─ И тот отступил. Она знала: этот поход – не мольба о пощаде, это вызов на бой.
В императорском саду вовсю цвели сливы, их густой аромат отзывался на языке горечью. Цзеюй Шэнь в персиковом платье с чашкой горячего чаю в руках стояла посреди каменного мостика, а позади неё застыли две служанки. У одной из них под правым глазом чернела родинка; опустив взгляд и притворяясь кроткой, она держалась увереннее, чем её госпожа.