Берущий фамилию Ланъя

Эти двое оказались в армии вовсе не по доброй воле, а потому что их деды и отцы носили форму. Общеизвестная истина, о которой не принято спрашивать, – вот почему они так странно на него посмотрели.

Смягчая неловкость, Ван Ян невозмутимо поправился: ─ А, так вы из потомственных военных семей, не чета наемным простолюдинам.

В знаменитой «Оде о скромном жилище» Лю Юйси есть крылатая фраза: «Среди беседующих – лишь ученые мужи, средь гостей – никаких простолюдинов». Под словом «простолюдины» здесь подразумеваются невежды. Но в эпоху Северных и Южных династий это слово имело совершенно конкретный смысл и обозначало свободных людей, завербованных в армию на службу.

Наряду с наследственной системой тогда существовал и призыв наемников. По идее, завербованный воин образовывал отдельное подразделение, его семья не числилась в военных реестрах и сохраняла свободу. Но если бы за добровольную службу потомков автоматически навечно приписывали к солдатам, кто бы в здравом уме пошел наниматься добровольцем?

Именно поэтому правительство постановило, что наемные воины составляют отдельные отряды, их дома не относятся к военному сословию, а сами они не теряют гражданского статуса.

Ван Ян наивно полагал, что выкрутился из неловкого положения весьма изящно, не подозревая, что само словосочетание «потомок военных» в те времена несло сильнейший оттенок презрения и звучало чуть ли не как оскорбление.Одно дело – самому знать свое происхождение из низов, и совсем другое – когда тебе прямо тычут этим в лицо.

К тому же наемников набирали лишь в особые периоды и бросали исключительно на передовую. А те, кто, подобно Хэйханю и Дин Цзю, годами нес караульную службу и тащил на себе всю черновую работу на заставах, неизменно происходил из тех самых военных семей.

Попытка аристократа спасти реноме удалась не слишком. То, что столичный щеголь свысока смотрит на солдатню, еще можно понять, но наживать врагов на пустом месте было верхом глупости.

Лицо Дин Цзю мгновенно покраснело, а в глазах затаилась жгучая обида.

Хэйхань лишь горько усмехнулся: ─ Ваша светлость изволит шутить, откуда нам, убогим, заслужить долю простых вольнонаемных.

Заметив неладное, но не понимая истинной причины, Ван Ян догадался, что снова сплоховал. Если бы у него был выбор, он бы замолчал от греха подальше, но ради заветной информации об эпохе приходилось продолжать этот вымученный разговор.

─ Эм… скажите, а вы грамоту знаете? – непринужденно поинтересовался он.

Дин Цзю передернуло от злости, впору было бросаться в драку – этот избалованный мажор явно издевался над ними!

Среди простых пахарей-то грамотеев единицы, что уж говорить про низы военного сословия!

Сдавленным от гнева голосом он бросил: ─ Не обучены!‐

Уловив недовольство собеседника, Ван Ян сделал вид, что ничего не заметил.

А Хэйхань, не выказав и тени обиды, услужливо улыбнулся: ─ Кое-какие иероглифы разбираю.

Оживившись от его ответа, Ван Ян с удивлением в голосе протянул: ─ Как тебя величают? Ты и грамотен – редкое дело для простого вояки.

─ Не гневите господина, зовут меня Хэйхань. Дочку свою учу, ну и сам кой-чему научился, хотя знаю совсем немного.