Малышка на горной охоте: я кормлю всю деревню, слыша голоса всего живого

Смоченный в целебной водичке корешок женьшеня отправился в рот Цзян Яньчжоу.

Спустя мгновение дыхание больного чуток выровнялось.

Уездный начальник Лу перевел дух: ─ Возвращаемся в посёлок, я кличу лучших лекарей. ─

─ Нет, ─ покачала головой Шэнь Цинхэ. ─ В посёлке небезопасно. Раз семья Цинь посмела взорвать рудник, они осмелятся прислать убийц. ─

Начальник Лу произнес глухим голосом: ─ Тогда в задний двор уездной управы, я сам буду охранять его. ─

Цзян Яньчжоу внезапно приоткрыл глаза.

Его белков не было видно за сетью лопнувших сосудов, а голос звучал едва слышно:

─ Не… верить… ─

Шэнь Цинхэ наклонилась ближе: ─ Яньчжоу, что ты сказал? ─

Цзян Яньчжоу с трудом скосил глаза, переводя взгляд на судебного пристава, стоявшего за спиной уездного начальника.

─ Коршун… в управе… ─

Лицо судебного пристава резко переменилось.

Почти в тот же миг он крутанулся на месте и бросился бежать.

Уездный начальник Лу взревел: ─ Взять его! ─

Двое стражников рванули за беглецом.

Пристав выдернул из рукава мешочек с серо-бурым порошком.

─ Не подходите! ─

Облачко пыли взметнулось в воздух, заставляя людей отпрянуть в удушливом кашле.

Нобао услышала, как рассыпанный порошок пронзительно визжит: ─ Отрава, отрава! Хватишь лишку – закровоточит горло! ─

Она испуганно закричала: ─ Закройте носики! Яд! ─

Шэнь Цинхэ мгновенно зажала дочке лицо ладонью, уездный начальник тоже отскочил назад.

Пользуясь суматохой, пристав помчался к лесу.

─ Держите его! Он из людей с меткой коршуна! ─ заорал Суйъань.

Вожак белых волков выскочил из водостока – весь мокрый, с шерсти капала вода, но при звуке этих слов его взгляд мгновенно оледенел.

Глухо рыкнув, он белой молнией сорвался с места.

Как ни старался пристав, ему было не обогнать зверя.

Пара мгновений – и волк сбил беглеца с ног, заставив того завопить от ужаса:

─ Не кусай! Не кусай меня! ─

Суйъань в восторге подпрыгнул: ─ Вольчик – сила! ─

Нобао добавила своим детским голосочком: ─ Плохиш теперь лежит лицом в грязь. ─

Уездный начальник Лу лично подошел к поверженному, придавил сапогом запястье пристава и вытащил из его рукава медную пластинку с изображением черного коршуна.

Окружающие дружно ахнули.

Лицо начальника Лу помрачнело до черноты: ─ Под самым моим носом пряталась шавка семьи Цинь. ─

Пристав трясся, как осиновый лист: ─ Ваша честь, пощадите! Меня принудили! ─

Лежавший на носилках Цзян Яньчжоу вдруг зашелся в жутком приступе кашля.

Шэнь Цинхэ перепуганно поддержала его: ─ Яньчжоу! ─

Выплюнув сгусток черной крови, он вперил взгляд в пристава.

─ В шахте… еще… ─

Начальник Лу тут же присел на корточки: ─ Что еще там? ─

Каждое слово давалось Цзян Яньчжоу так, будто выдавливалось из кровоточащей раны.

─ Кости мертвецов… дети… не хватает страниц в книге… ─

С этими словами он закрыл глаза и окончательно потерял сознание.

Шэнь Цинхэ побледнела: ─ Яньчжоу! ─

Нобао в страхе бросилась к нему: ─ Папочка, не спи! Ноно еще не дала тебе мясной пирожок! ─

Уездный начальник Лу резко поднялся на ноги, а голос его зазвенел ледяной сталью.

─ Конвоировать пристава в управу, опечатать все лавки семьи Цинь. ─