Завидев А-Чжу, он сперва опешил, а затем, заметив в руках Жуань Синчжу золотой замочек, в лице переменился.
Жуань Синчжу подняла голову, затуманенными от слез глазами посмотрела на него и указала на прижимающуюся к ней А-Чжу: ─ Эта девочка – наша дочь…‐
Дуань Чжэнчуань помолчал немного и тяжело вздохнул: ─ Синчжу, я…‐
─ Брось, ─ покачала головой Жуань Синчжу. ─ То, что было в прошлом, больше не имеет значения.‐ Опустив взгляд на А-Чжу, она смотрела на нее с бесконечной нежностью и раскаянием: ─ Главное, моя старшая дочь вернулась, а остальное… уже не важно. Только вот где теперь наша вторая девочка, А-Цзы?‐
Дуань Чжэнчуань вздрогнул и тревожно воскликнул: ─ У меня есть еще одна дочь? А-Цзы?‐
Услышав это, Жуань Синчжу вспыхнула, глаза ее покраснели, и она холодно бросила: ─ К чему ты об этом спрашиваешь? Когда-то ты носился со своей великой наложницей из Дали, разве ты хоть раз вспоминал о нас с дочерьми?‐
Дуань Чжэнчуань замер на месте, снедаемый жгучим чувством вины, не в силах вымолвить ни слова.
Затем он кивнул, перевел взгляд на Цяо Фэна и сложил руки в приветственном жесте: ─ А этот благородный господин…‐
─ Мое имя Цяо Фэн, ─ ответил тот, отвечая на поклон.
В глазах Дуань Чжэнчуаня промелькнуло удивление: ─ Оказывается, это бывший глава клана Нищих, уважаемый глава Цяо! Наслышан, наслышан.‐
…
Так А-Чжу осталась жить на берегах озера Сяоцзинху.
Жуань Синчжу окружала ее заботой и теплом, справляясь о ее здоровье с утра до вечера, словно пытаясь разом наверстать все годы упущенной материнской любви. Дуань Чжэнчуань тоже часто навещал их, подолгу беседуя с А-Чжу и рассказывая ей об обычаях и нравах Дали.
Видя, что мать и дочь воссоединились, Цяо Фэн искренне порадовался за них и тоже остался у озера на несколько дней, чтобы составить А-Чжу компанию и помочь ей развеяться.
Прошло несколько дней. В один из вечеров у самой кромки воды поднялся шум.
Цяо Фэн нахмурился, и они вместе с А-Чжу быстрым шагом направились туда. На берегу стояла девушка лет пятнадцати-шестнадцати в лиловом платье; ее личико было хорошеньким, но в глазах таился зловещий, хищный огонек.
В руке она держала длинный тонкий железный шест и, весело посмеиваясь, нанизывала на него только что пойманную рыбу, забавляясь тем, как та барахтается на мелководье.
А посреди озера в рыболовных сетях барахтался человек в синем одеянии – его руки и ноги были намертво спутаны, и он отчаянно звал на помощь.
Лицо Дуань Чжэнчуаня потемнело; он стоял чуть в стороне, окруженный несколькими телохранителями. Те пытались войти в воду, чтобы вытащить бедолагу, но девчонка в лиловом махала своим шестом так угрожающе, что они не смели приблизиться.
─ Эй, старший братец, ─ веселым голосом обратилась девчонка к Дуань Чжэнчуаню. ─ Твои люди такие никудышные, даже с моей сеткой справиться не могут.‐
Дуань Чжэнчуань мрачно произнес: ─ Кто ты такая? Почему беспричинно калечишь людей?‐
─ Беспричинно? ─ девчонка пренебрежительно скривила губы. ─ Мне просто весело, какие еще причины нужны?‐
Дуань Чжэнчуань нахмурился и молниеносным движением сократил расстояние, рывком притянув А-Цзы к себе; от неожиданного толчка из складок ее одежды выпал небольшой золотой замочек.