Чем хуже империи, тем я сильнее? Пора её развалить! В смысле — мы захватили весь мир? (ЗАВЕРШЁН)

Все взгляды тут же обратились к мужчине в длинном светлом халате и высокой шапке-луньцзинь. В его руке был веер из гусиных перьев, которым он неспешно обмахивался, несмотря на прохладу. Чжугэ Лян, величайший ум в окружении Лю Бэя, чья слава стратега могла поспорить с самой репутацией Сыма И.

Чжугэ Лян мягко улыбнулся, словно только и ждал вопроса. Он вышел на середину шатра, и его движения были полны спокойствия и грации.

— Великие ваны, — начал он, и его голос, чистый и мелодичный, мгновенно приковал к себе внимание, — а не кажется ли вам странным, что сведения о подходе подкреплений так легко попали к нам?

Он обвел присутствующих внимательным взглядом:

— Секретные данные о перемещении трехсоттысячной армии вдруг стали известны каждому солдату в нашем лагере. Неужели вы думаете, что Сыма И — такой простофиля?

Лю Сю открыл глаза и подался вперед:

— Вы хотите сказать, что это ловушка? Что Сыма И сам распустил эти слухи?

— Именно так, — Кунмин слегка качнул веером. — Сыма И хочет нас запугать. Он хочет спровоцировать нас на поспешные, необдуманные действия или же принудить к переговорам.

Он сделал паузу, давая ванам переварить сказанное.

— Мы ведь все здесь собрались не ради того, чтобы утопить империю в крови, верно? Наша цель — отмена вредоносного плана «Аграрно-военного могущества». Если мы сможем добиться этого миром, то зачем проливать кровь братьев?

Кунмин сложил веер и слегка поклонился Лю Чэ:

— Я, Чжугэ Лян, не обладаю великой силой, но готов рискнуть. Я отправлюсь в столицу один, чтобы встретиться с Его Величеством и провести переговоры от вашего имени.

Лю Бэй вскочил, на его лице отразилось искреннее беспокойство:

— Кунмин! Это слишком опасно! Тот тиран на троне может приказать казнить тебя на месте!

Но Лю Чэ уже радостно расхохотался, его глаза азартно блеснули:

— Превосходно! Господин Кунмин подтверждает свою репутацию мудреца. Пусть так и будет! Ступайте в столицу и передайте наши условия.

Лю Пи и Лю Ань недовольно переглянулись — им хотелось драки, — но, видя поддержку остальных пяти ванов, вынуждены были промолчать. Так было решено: судьба восстания теперь зависела от того, о чем договорятся (или не договорятся) в золотых чертогах столицы.

Глава 27

Глава 16. Его Величество желает возвысить, чтобы погубить мой род Сыма— Ваше Величество! Ваше Величество! Радость, великая радость!В чертогах дворца Тайцзи Лю Хэ, увлечённый нежностями с красавицей Хо Шуйсянь, услышал зычный голос своего тестя, Хо Гуана. Нехотя разомкнув объятия и выпустив прильнувшую к нему девушку, император перевёл взгляд на вбежавшего старика. Лицо того сияло от возбуждения.— Что же заставило моего почтенного тестя так ликовать? — на губах Лю Хэ заиграла едва заметная, чуть лукавая усмешка.Шуйсянь, проявив завидную деликатность, поспешила удалиться, оставив отца и супруга наедине. Едва за ней закрылась дверь, Хо Гуан, чьи щёки горели нездоровым румянцем, выпалил:— Ваше Величество! От Семи Ванов пришла весть: они намерены прислать Чжугэ Ляна для ведения переговоров. Если нам удастся договориться, великая Хань избежит ужасов междоусобной войны! — Старик набрал в грудь воздуха и с жаром добавил: — Ваш нижайший слуга не побоится взять на себя это бремя и готов возглавить посольство!В голове Хо Гуана уже рисовались картины его триумфа. Такой шанс выпадает раз в жизни: если он усмирит мятежников словом, его слава взлетит до небес. Семь Ванов посеяли смуту и страх в сердцах жителей столицы, и тот, кто принесёт мир, станет живой легендой, объектом всеобщего поклонения.«Это дар небес, не иначе!» — ликовал он про себя. — «Пусть Сыма И тешится своим званием главнокомандующего. Истинным миротворцем стану я! Если всё выгорит, я затмю не только этого выскочку, но и само влияние императриц».Однако стоило Лю Хэ услышать имя Чжугэ Ляна, как на его лице промелькнула странная тень.«Да что с ними не так, с этими Семи Ванами?» — недовольно подумал он. — «Я ведь специально слил вам информацию, чтобы вы ударили немедля, а не в переговоры играли! Ладно бы ещё кто другой, но Чжугэ Лян…»Кунмин был не просто человеком — он был легендой, «Военным Маркизом», первым мудрецом в свите Лю Бэя. Раз за ним прислали, значит, мятежные князья всерьёз вознамерились решить вопрос с планом «Аграрно-военного могущества» за столом переговоров.«Нет, я не могу этого допустить!»Посмотрев на сияющего тестя, Лю Хэ тяжело вздохнул и, подойдя ближе, по-дружески положил руку ему на плечо.— Тесть мой, — проникновенно начал император, — вы и сами знаете, что этот Чжугэ Лян слывёт проницательнейшим умом при дворе Дай-Вана. С таким человеком нельзя терять бдительность. К тому же… на ком, как не на вас, держится всё управление государством? Пока вы заняты делами империи, переговоры лучше доверить Сыма И.— Но Ваше Величество… — начал было Хо Гуан, но Лю Хэ мягко его перебил:— В конце концов, именно Сыма И назначен главнокомандующим. По всем канонам войны и дипломатии, раз он ведёт войска, ему и держать ответ перед послами врага.«Сыма И — человек непомерных амбиций», — размышлял император, подавляя улыбку. — «Если этот лис возьмётся за дело, он наверняка поступится интересами династии ради собственной выгоды. А это именно то, что нужно истинному тирану и самодуру!»Уведомление: