Путь беспощадного культиватора

— Братец, а ты тоже из Ло Чэн? Что-то я не припомню твоего лица.

— Я работал в игорном доме, — отозвался Чэнь И, глядя строго перед собой. — На свет выбирался редко.

— В игорном доме? Вот это да! — в голосе парня послышалось искреннее благоговение. — Говорят, там ошиваются только самые крутые и жестокие люди…

— Не все.

— Братец, а как думаешь, возьмут нас Бессмертные? Люди болтают, будто для этого нужен какой-то духовный корень. Ты не знаешь, что это за штука?

— Понятия не имею.

— Ты такой неразговорчивый…

Чэнь И ничего не ответил. В его голове роились совсем другие мысли: «Этот Ван Линь… настоящий простак. Но если судьба столкнула нас здесь, значит, в этом есть свой расчет».

(Конец главы)

Глава 6

Чэнь И служил опорой для Ван Линя, пока они медленно преодолевали изломы каменистой горной тропы. Травма ноги спутника оказалась серьезной: каждое движение отзывалось резкой, вспыхивающей болью, от которой на лбу юноши крупными каплями выступал холодный пот. Несмотря на это, парень лишь плотнее стискивал зубы, сдерживая стон и лишь изредка судорожно втягивая воздух сквозь плотно сомкнутые губы. Чэнь И фиксировал каждое проявление этой слабости, невольно давая внутреннюю оценку своему простоватому попутчику. Парень обладал редким упрямством и умел терпеть — по крайней мере, в нем не было изнеженности городских неженок, что уже само по себе являлось ресурсом.

— Старший брат, как тебя зовут? — едва выговорил Ван Линь, сражаясь с одышкой.

— Чэнь И.

— Старший брат Чэнь, спасибо тебе.

Ван Линь произнес это с обезоруживающей искренностью, в которой не чувствовалось фальши.

— Если бы не эта встреча, я, скорее всего, так и остался бы гнить в этих проклятых горах.

Чэнь И оставил его излияния без ответа. В его голове шел холодный расчет: из-за раненого их общая скорость упала почти вдвое, и теперь шансы достичь долины Лося до наступления темноты стремились к нулю. Однако, раз уж он решил разыграть эту карту и взять парня с собой, бросать его на полпути было нерационально — по крайней мере до тех пор, пока истинная ценность или потенциальная угроза, исходящая от Ван Линя, не прояснятся окончательно.

— Старший брат Чэнь, как ты думаешь… какими они будут, эти Бессмертные? — Ван Линь заговорил снова, явно пытаясь этой пустой беседой отвлечься от пульсирующей боли в лодыжке. — Должно быть, они ступают прямо по облакам и парят в небесах, подобно птицам?

— Не знаю.

Ответ Чэнь И был сухим и коротким. Его внимание было сосредоточено не на мечтах спутника, а на окружении: взгляд хищно сканировал изгибы тропы и плотную стену леса по обе стороны пути. Ни один шорох листвы, ни одно мимолетное движение в тенях не ускользало от его обостренных чувств. В этих диких дебрях, помимо хищного зверья, могли таиться опасности куда более коварные.

— Мой дед часто повторял, что тот Бессмертный из нашего рода мог повелевать ветром и призывать ливни, а простые камни под его пальцами превращались в чистое золото…

В голосе Ван Линя на мгновение вспыхнула фанатичная жажда, которая, впрочем, быстро угасла под гнетом реальности.